Но в книге катастрофически не хватало страниц, а потому и без того сложный смысл ускользал между пальцев. Первый день Стюарт занимался строевой подготовкой: освежил в памяти солдат, как правильно передвигаться, как носить оружие и как передвигаться бесшумно. Всё шло хорошо. На второй день он начал беспокоиться, а потому придумал довольно полезное занятие: отправился вместе с солдатами по окрестностям искать съестное. Им повезло: они нашли дерево, которое в диких землях именуют хлебом, и набрали десятки его плодов.
Фрукт был удивительным. Казалось, Мать-Природа сама поместила его в упаковку, чтобы продлить срок хранения. Но снималась кожура очень легко – пальцами, а под ней можно было найти вкусную и питательную мякоть. Эти хлебные кусты каждый год вырастали на новом месте, что затрудняло их поиск. А тут – большая удача, но это смотря с какой стороны посмотреть. Теперь у солдат не было приказа: строиться они научились, запасы – пополнили.
И на третий день они всё-таки начали заниматься ерундой. Василий (кажется, его так зовут), самый предприимчивый, выменял у свиней десять плодов дерева на огромный бурдюк с домашним вином. Конечно, они могли забрать всё необходимое сами, без этих рыночных условностей, но Василий решил проявить такт и дипломатию. К тому же, ему понравилась тамошняя девушка, а брать силой он пока не научился.
Стюарт вино не пил: наверно, сказались лекции о трезвости, которые ему читали в колледже. К тому же, от спиртного тут же нестерпимо начинал болеть желудок, и мучился он от болей по два дня. Бурдюка вина на два десятка солдат оказалось мало, и они прогнозируемо захотели добавки. Больше всего Стюарта разочаровало, что к этому движению с удовольствием присоединился Керн. Он знал, где тут можно раздобыть спиртного, а потому повёл с собой несколько солдат.
Куда же пропал Владимир? Почему он ничего не сказал перед тем, как устремиться в Сферу? На посёлок опускалась ночь. Здесь она приходит быстро, и темноте что-то противопоставить только костёр, горящий во тьме. Сегодня их было немало. У одного из таких огней валялся вождь, нелепо кутаясь в свои длинные одеяния. Стюарт подошёл к Феликсу и начал хлопать его по щекам.
- Вождь! – прокричал солдат. – Вождь! Почему ты сдался?
Феликс открыл глаза и посмотрел на Стюарта. Зрачки вождя были узки, но глядели вполне осмысленно. По щеке старика катилась слеза, которую он даже не пытался убрать.
- Я не сдался, - ответил Феликс. – Мне было видение.
- О чём же? – спросил Стюарт.
- Пойдём, - предложил вождь и тут же поднялся на ноги, словно он не блуждал в чёрном сне несколько дней кряду.
Он шёл неровно, слегка покачиваясь, но – уверенно. И в темноте он без труда нашёл дорогу к холму, с которого открывался удивительный вид на гигантскую Сферу. Подсвеченная изнутри, она казалась синей, голубой, бирюзовой – да мало ли цветов есть, чтобы передать это великолепие?