— Ты чего? — посмотрел он на его руку.
Но её указательный палец уже показывал вверх. Сотрудник поднял голову. Над сидящей толпой висел мерцающий человечек. Он лежал в задумчивой позе на боку, подперев голову. Вскоре все присутствующие, так или иначе, сообщили друг другу о наличии над их головами бестелесной сущности.
— Паша, ты снимай его на свою камеру, — шепнул парню оператор, — я боюсь, что если встану, то это видение исчезнет.
Паша взялся за работу. Операторы потихоньку, по одному отползли к своим автобусам и тоже взяли видеокамеры в руки. Так же тихонько вернулись с ними обратно и начали снимать. Напрасно сотрудники телевидения боялись, что переливающаяся огоньками сущность испугается их и исчезнет. Наоборот, она начала позировать им в невообразимых позах, формах и размерах, но при этом постоянно смещаясь в сторону дома, увлекая за собой съёмочную группу и селян. Вскоре толпа вошла во двор и остановилась в районе перевёрнутого таза.
— Вот гад, — вырвалось из уст Аделаиды, — он вычислил, где находится замок от защитной невидимой стены и специально заманил сюда толпу.
— Ну и что! — произнесла Нина. — Не станет же эта толпа развязывать узлы на верёвке даже, если и сшибёт с неё таз.
— Развязывать не станет, но, если кто-нибудь случайно, хоть на миллиметр приподнимет её над землёй, сущность проскользнёт под ней и окажется здесь. Тогда пиши, пропало.
Мерцающий человечек начал метаться над тазом из стороны в сторону. Операторы преследовали его, множество раз пробегая мимо таза, но так и не задели его ни разу. Тогда сущность начала летать вокруг дома, периодически останавливаясь напротив какого-нибудь окна. Толпа носилась за ней. Но таз по-прежнему оставался на своём месте.
В это время по улице в бодреньком настроении, останавливаясь у каждого дерева с поднятой лапой, трусил довольный Карат. На его ошейнике, побрякивая, висел кусок оборванной цепи. Не добежав до калитки своего двора метров пятнадцать, он остановился и внимательно с удивлением посмотрел на стоящие напротив неё автобусы и людей. Что он подумал, никто не знает. Но только рванул с места и в одно мгновение с остервенелым лаем влетел во двор дома. Мало никому не показалось! Все бросились к автобусам, заскочили в салоны, и водители закрыли двери. Карат не лаял, а ревел, что было сил до хрипоты, и по очереди бросался на каждый автобус. Отдышавшись, корреспондент первого приехавшего автобуса дал команду трогать. За ним потянулись и остальные. Карат сопровождал их лаем ещё метров шестьдесят, а потом вернулся в свой двор, и залёг в будку спать.
В это время в доме женский коллектив совещался по поводу того, как снова посадить пса на цепь?
— Хоть убейте меня, но я к нему не выйду, — протестовала Нина.
— Придётся, Ниночка, придётся, — задумчиво повторяла Аделаида Семёновна, прокручивая в голове какой-то план, — но только завтра утром. А сейчас спать!
Утром, едва проснувшись, все собрались в гостиной. Аделаида уже расставила и разложила на столе всё для завтрака и обратилась к домочадцам:
— Идите умывайтесь, сейчас будем есть сложную молочную кашу.
Все расселись по местам и взялись за ложки.
— Действительно, сложная, — проговорила Нина, всматриваясь в содержимое тарелки, — но очень вкусная. Поделитесь рецептом?
— Конечно. Нужно взять в равных пропорциях рис, пшено, целую овсяную крупу, и варить, как обычную молочную кашу.
После завтрака свекровь предложила:
— Аня, ты положи для Карата еды в миску и отдай Нине.
— Я же сказала, что и близко не подойду к вашему псу, — заистерила она.
Но свекровь её не слушала.
— Аня, сама открой дверь коридора и, не выходя на крыльцо, наблюдай за псом. В это время Нина поднесёт ему пищу, выльет в его чашку и снова посадит его на цепь.
— Как это, интересно мне знать, я смогу посадить его на цепь, если она порвана почти у самой его головы?
Аделаида встала и ушла в кладовку. Долго там чем-то гремела, а потом вернулась обратно с большим карабином в руке.
— На, — протянула она его снохе, — сначала защёлкнешь карабин на целое звено большой цепи, а потом наденешь на неповреждённое звено цепи, болтающейся у Карата на шее. Поняла?
— Да всё я поняла! — обиженно выдала Нина. — Моя жизнь для вас ничто! Вы же решаете глобальные проблемы в масштабе всей женской половины человечества. Что вам жизнь какой-то одной женщины, тем более снохи?
— Нина, я буду стоять в двери и зорко следить за Каратом, — стала успокаивать её Анна. — Он чётко выполняет мои команды. Если только он вздумает на тебя броситься или зарычать, я остановлю его. А теперь держи чашку с его едой, карабин и смело иди к нему, не показывай, что боишься.
Делать было нечего. Нина Павловна шагнула за порог и направилась к будке. В это время перед её глазами появился серый шарик. Поняв, что женщина его увидела, он рванул к псу и прилип к его глазу, желая разбудить и разозлить его. То ли пёс почувствовал его прикосновение, то ли учуял запах Нины или пищи, но он открыл глаза и зарычал.
— Фу! — скомандовала Анна.
