После обеда домой вернулась Есения. Нина, считая что много месяцев пролежала в коме, решила, что дочь уже окончила школу и поступила в ВУЗ. Ведь в прошлом году она перешла в одиннадцатый класс, невзирая на то, что ей не было ещё и четырнадцати лет. Помнила и то, что её дочь считалась в школе вундеркиндом и школьную программу щёлкала, как орешки, переходила из класса в класс, опережая сверстников на три года. Девочка бросилась в объятия матери.
— Как ты нас напугала, мама! Больше никогда так не делай! Мне ещё рано становиться сиротой.
Нина Павловна прижала дочку к груди и, глотая слёзы, гнусавым голосом произнесла:
— Не буду, дорогая моя.
Потом отпрянула от Еськи, заглянула в её глаза, нежно поцеловала в обе щёчки.
— Иди, переоденься, а я пока приготовлю что-нибудь на обед.
Есения ушла в свою комнату, а Нина, вынимая продукты из холодильника, подумала:
— Как бы ненавязчиво заставить дочь рассказать о том, когда и откуда её, Нину, в бессознательном состоянии доставили в больницу?
Но потом решила не делать этого. Побоялась своим любопытством пробудить в памяти дочери те жуткие мистические события, в которых все они оказались, проживая в доме её бабки. Нина вспомнила, как Аделаида Семёновна сказала, что все члены семейства властелинов забыли их. Забыли и то, что им уготована особая миссия на планете Земля. Забвение это будет длиться до тех пор, пока книга мудрости властелинов не будет возвращена в их родовое гнездо, то есть в дом Аделаиды. Валерий при этом останется действующим властелином, поддерживающим численность правящего пола. Однако и он этого не помнит, так как книга мудрости была продана, а за эти деньги куплено его продолжение жизни. Похищенная из его тайника защита тоже не найдена. А это значит, что он уязвим.
— Ну, что же, — вздохнула Нина, — пусть наше семейство хоть временно поживёт в реальном нормальном мире без всяких сдвигов на почве властелинства. Когда ещё будет найдена эта книга?! А уж второй атрибут защиты властелинов — указующий перст святого, скорее всего, уже давно находится в православном храме. Надеюсь, что моё письмо попало в руки к его настоятелю.
Она на скорую руку приготовила яичницу с беконом, сделала салат, порезала хлеб и включила чайник.
— Доченька, иди обедать! — позвала она Есению.
Девочка села за стол и с удовольствием принялась за еду.
— Чем ты сегодня занималась?
— В библиотеке была, — ответила она, пряча глаза от матери. — Я от нечего делать сейчас изучаю программу одиннадцатого класса. Ходила поработать над дополнительным материалом к некоторым темам. Эти книги домой не дают.
Услышав это, Нина уронила вилку.
— Если я пролежала в больнице много месяцев, то Еська уже должна была окончить одиннадцатый класс, а она почему-то только собирается в нём учиться, — с волнением подумала она.
Нина уже открыла рот, чтобы спросить об этом дочь, но потом решила не делать этого.
— Постепенно я сама во всём разберусь. Главное — не задавать никому никаких вопросов, не провоцировать их воспоминания.
Вечером после работы домой вернулся Валерий. Судя по тому, как он летал по квартире, у него было приподнятое настроение. Всем своим видом он говорил Нине:
— Ну, спроси, почему я такой счастливый! Ну, спроси-и-и! Ведь ты же видишь, как я этого хочу!
Но по прошлому опыту женщина знала, в какую полемику может вылиться её вопрос, и спрашивать не стала. Наконец он не выдержал.
— Меня повысили в должности и назначили руководителем проекта. Одна серьёзная фирма из города Амурска уже давно заказала нам разработать для неё кое-что. Предыдущего руководителя проекта переманили на более выгодную работу в другое место. А я занял его должность, ведь львиная доля всех разработок и идей в этом проекте принадлежит мне. Когда наша разработка будет готова, я поеду в Амурск внедрять её на их производстве и настраивать оборудование. Возможно, — добавил он не без удовольствия, — на несколько месяцев.
Нет, поздравлять его с этим назначением Нина не собиралась. С некоторых пор она решила не давать ему поводов чувствовать своё превосходство над ней. Поэтому желчно спросила:
— Надеюсь, твоё повышение по должности улучшит материальное положение нашей семьи? Надоело влачить нищенское существование.
Валерий поперхнулся и грозно пробасил, изменившись в лице:
— Я смотрю, ты после комы совсем умом повредилась! Но ничего, дорогая, немного наберёшься сил, я тебе его поправлю.
Жена с ухмылкой, впервые без страха посмотрела ему в глаза, но ничего не ответила на его угрозу.
Ночью, лёжа в постели, Нина думала о том, что, согласно трудовому законодательству, спустя четыре месяца после того, как она попала в больницу, её должны были уволить с работы. Теперь ей предстояло явиться туда за трудовой книжкой.
— Просто сплошная полоса невезения, — нервничала она. — Кто меня сейчас примет на работу? Ещё год тому назад из любопытства я рассматривала вакансии в газете. На какое объявление не посмотришь — в каждом требовались специалисты не старше тридцати пяти лет.
