— Знаешь, а мне ведь про эту книгу ещё и сон приснился — продолжил он рассказ. — Какая-то пожилая женщина мне сказала: «Ты должен вернуть эту книгу той семье, которой она принадлежит. Ты встретишь девушку, которая прочтёт в названии книги своё имя. Отдай ей её».
Он резко замолчал, словно что-то обдумывал, а потом продолжил:
— Я, видите ли, должен буду подарить книгу стоимостью в сто тысяч рублей какой-то девушке! Что только не приснится?
Они подошли к магазину. Парнишка толкнул дверь и пропустил вперёд Есению. Над дверью зазвенели колокольчики, оповещающие продавца о приходе посетителей.
— Пошли-пошли, — потянул он за руку свою новую знакомую к витрине, — вот, смотри. Это и есть та самая книга.
— Есения, — прочла вслух девушка название книги.
— Хватит прикалываться! — дёрнул её за рукав Мефодий. — Лучше бы я не рассказывал тебе свой сон. Я же знаю, что там написано моё имя.
Есения с интересом уставилась на книгу.
— Можно посмотреть, что написано на первой странице?
Тот попросил продавца снять книгу с витрины. Есения открыла её и начала вслух читать тот самый текст, который Мифодий сам смог прочесть, когда просил деда, купить книгу. Его глаза округлились. Он быстро перевернул стопку страниц и попросил:
— Прочти здесь!
— В первой половине двадцать первого века, — начала она, — государства перестанут выпускать бумажные и металлические деньги. Каждый человек на планете будет иметь единое, электронное устройство, похожее по размерам на мобильный телефон. На нём будут храниться все его заработанные деньги, фиксироваться все источники доходов и расходов, а также информация о хозяине устройства. Никаких других счетов в банках существовать не будет. Все наличные деньги будут сданы в банки и переведены в электронные, зачисляясь в «личный банк» хозяина устройства, как физического лица, так и юридического. Обмен электронной валюты одной страны на валюту другой страны будет осуществляться тоже на этом устройстве автоматически. Электронное устройство станет единственным документом человека. Только с его помощью будут входить люди в Интернет, и обращаться в любые официальные органы. С его помощью государство сможет контролировать действительные доходы граждан, бороться с коррупцией и незаконными источниками поступления средств. Однако появится много мошенников среди тех людей, которые, по долгу службы, будут обслуживать и снимать с этих устройств денежные суммы за различные покупки и услуги. Они же будут использовать чужие электронные деньги для оплаты стоимости своей жизни. Наказания для них будут суровыми. Электронное устройство будет иметь два счёта: «личный банк» и «потребительский счёт». Хозяин устройства сможет сразу проверить остаток на «потребительском счёте» после оплаты произведённой покупки или услуги. Пополнять «потребительский счёт» из «личного банка» устройства сможет лишь хозяин.
— Что так и написано? — не поверил Мефодий.
— Да, так и написано, — с восторгом ответила Есения. — Как же это здорово, впервые увидеть незнакомый язык, и сразу уметь на нём читать. Мистика какая-то!
— Жди меня здесь! — выпалил он.
Юноша быстро прошёл в кабинет хозяина магазина.
— Дед, я снова забираю книгу себе.
Дед пожал плечами.
— А ты уверен, что она ещё нужна тебе?
— Ещё как уверен! Скажи продавцу, чтобы он отдал её мне.
Хозяин магазина вышел из кабинета.
— Я забираю эту книгу, — сказал он.
Продавец снял с витрины сундучок и протянул хозяину магазина. Тот передал его внуку и вернулся к себе в кабинет. Мефодий положил его в пакет и позвал Есению на выход.
— Что-то я не поняла? — с хитренькой улыбкой произнесла она. — Название на книге я прочла?
— Прочла, — согласился Мефодий.
— Текст на странице прочла?
— Прочла.
— А, почему книга до сих пор не в моих руках?
— Я непременно подарю её тебе, но позже, значительно позже, — таинственным голосом произнёс он.
К вечеру в палату Нины постучали. Дверь открылась, и в неё вошёл Валерий с пожилой женщиной.
— Аделаида Семёновна?! — вырвалось у Нины.
Валерий с удивлением посмотрел на жену.
— Вы знакомы? Но ведь…
— Оставь нас, дорогой, — перебила его Аделаида.
Валерий послушно вышел в коридор.
— Как ты, милая, себя чувствуешь?
— Более — менее, — ответила Нина. — Надеюсь, хоть вы не будете убеждать меня в том, что вы мне приснились?
