— Я не собираюсь разбирать ваши каракули, — безапелляционно постановила она, и готовый божиться о разборчивости своего почерка Валька моментально скис.
С компьютером он был даже не на вы, а на «простите, пожалуйста, я вас чуточку побеспокою». Ситуация усугублялась тем обстоятельством, что единственным местом, где у него имелась возможность набрать текст, была лаборатория информатики. На каждом занятии Валька выкраивал минуты, чтобы набить хоть абзац, но к концу полугодия в электронном виде у него имелась всего одна работа из пяти. Требовалось срочно принимать меры, если он хотел получить зачёт «автоматом».
Всю дорогу до общежития Валька решался: у них в комнате стояли целых два компьютера и принтер, оставалось лишь попросить владельцев об одолжении.
— Привет!
Ему ответили неопределённым мычанием: оба соседа сосредоточенно смотрели в мониторы. Валька переоделся в домашнее, поставил подогреваться чайник и понял, что дальше откладывать некуда. «Кого же просить?» — положив руку на сердце, он предпочёл бы обратиться к Серому, но тот, к несчастью, сосредоточенно рисовал в специальной программе нечто, похожее на печатную плату без элементов. Олег же, наоборот, без дела болтался по сетке, периодически выстукивая короткие ответы в локальный чат. «Была не была!» — выдохнул Валька и подошёл поближе.
— Олег, а можно мне немного за твоим компом посидеть, лабу набрать?
— Извини, Валёк, — лениво ответил Воевода, даже на секунду не оторвавшись от экрана, — я занят чутка. Серёг, тут Димон у народа спрашивает, где темы рефератов по философии брать.
— Напиши ему, что на лекции препода слушать надо, а не Маху за ляжки тискать, — сердито буркнул Серый.
— Сурово, — хохотнул его друг.
— Зато справедливо.
— А распечатать четыре листа можно? — во второй раз попробовал привлечь к себе внимание Валька.
— Без проблем, — Олег наконец повернулся к просителю. — Рубль двадцать, и давай дискету. Цени, кстати: тебе, как своему, скидка. Тридцать копеек за страницу вместо пятидесяти.
«Ценю, ценю», — Валька полез в сумку за бумажником и дискетой. Обидно, зато завтра будет хоть что-то для защиты.
— Всё! — Серый довольно откинулся на спинку кресла. — Олежа, твоё мнение?
— Красиво, — одобрил тот, заглядывая в монитор приятеля. — Только я думал, после вчерашнего ты ей слово «хуй» дорожками разведёшь.
— Сам разводи, если так хочется, — Серый сохранил проект и свернул программу. — А мне стипуха дорога как средство существования. Обкурим?
— Легко! — Олег полез в валявшуюся у него на столе мятую пачку. — Чёрт, закончились. Эй, Валёк!..
— У меня есть, — не дал ему договорить приятель. — Пошли уже.
— Пошли, — похоже, Воевода совсем позабыл об обещании распечатать злосчастные четыре странички.
— Да, Захаров, — вдруг обернулся с порога Серый. — Ты там набрать что-то хотел?
Воспрянувший духом Валька с энтузиазмом закивал.
— Садись, работай. Если разберёшься как, можешь распечатывать. За мой счёт. Ты же сделаешь мне скидку, а, Олежа? Как своему?
Олег заиграл желваками, однако промолчал.
***
Чирканье колёсика зажигалки. Первая затяжка, вызывающая однозначное желание сплюнуть, напоминающая: он терпеть не может вкус и запах табака.
— Карму перед сессией чистишь?
— Не угадал. Олежа, люди на то и люди, чтобы помогать друг другу.
— Ха-ха, очень смешно.
— Смейся на здоровье. Только твои тридцать копеек за лист — жлобство чистой воды, о чём ты сам прекрасно знаешь.
— Заговариваешься, Серый.
— Я — твой друг. Кто ещё без обидняков скажет тебе правду?
***
Когда боженька отмерял для души Валентина Захарова количество выпадающих в жизни приключений, то какой-то раззява-ангел, пролетая мимо, нечаянно толкнул патрона. У того дрогнула рука, и вот результат: Валька не умел не влипать в истории.
Сначала он обратил внимание на идущую впереди невысокую рыженькую девушку. Со спины было не разобрать, однако смутное ощущение, будто они знакомы, присутствовало. Пока Валька размышлял по этому поводу, его обогнали двое плечистых парней.
— Вика! Викуля! Да погоди ты!
Девушка сообразила, что обращаются к ней, обернулась, и Валька её узнал. «Маргоша. Но почему они сказали „Вика“?»
— Вот и свиделись, а, солнышко? — один из парней по-хозяйски приобнял Марго за талию. — Не ждала? Подружку-то где потеряла?
«Отлюбили бы вас по-всякому», — вспомнилось Вальке. И людей как назло никого вокруг, и до общаги ещё шагать и шагать.
— Валерик, ты всё не так понял, — пропищала Маргарита, пытаясь аккуратно вывернуться из-под державшей её руки.
— Серьёзно? — в голосе приятеля Валеры слышалась откровенная насмешка. — Тогда у тебя есть отличный шанс всё нам объяснить. Сначала по очереди, а потом одновременно. Идём, машина тут рядом.
— Не пойду я!..
Валька уже достаточно приблизился к живописной группке, но этих двоих никоим образом не смущало его присутствие. «Ты вот за кота вступился, а здесь человек», — дальше он не думал.
— Привет, Маргоша! Давно не виделись, какие дела?
— Привет! — она его не помнила, но ухватилась за разговор, как за спасительную соломинку. — Дела нормально, всё по-старому.
— Это хорошо. Проводить тебя?
— Д-да.
