Нигде ей не найти покоя, не ускользнуть от страшной болезни, родилась в голове обреченная мысль. В отчаянье, она вновь прикоснулась к стене. Рука продолжала оставаться холодной.
В голове как смертельный приговор, возникла еще более ужасающая мысль – она медленно сходит с ума, и нет никакой надежды на спасение.
3
Комната перед глазами плыла и растекалась мутной картинкой, которая никак не хотела исчезать, а только мерно покачивалась, вызывая ноющую головную боль и тошноту. Опустив голову, острокрылая едва удержалась оттого, чтобы не брякнуться на изумительный паркет. Ее верный слуга, вовремя подставил руку, и когда она бросила на него благодарный взгляд, он скромно поклонился и, убедившись, что его госпоже ничего не угрожает, молча отступил в сторону.
– Благодарю тебя.
Полумрак комнаты мгновенно скрыла Неона из виду. Последнее время он все реже выходил из темноты, но Улула никогда не ощущала себя покинутой. Даже в те часы, когда в ее дом приходил Высший, слуга продолжал оставаться невидимой тенью. И доролийка знала – он никогда не даст ее в обиду.
Присмотревшись к своей руке, острокрылая вздрогнула. Кожа иссохла, будто осенний лист и сильно шелушилась.
Улула сама не помнила, как очутилась возле огромного резного зеркала. Отражение, возникшее из тумана, стало для Улулы хуже кошмарного сна. Ее волосы, глаза, губы – изменились до неузнаваемости. Она в один миг превратилась из стройной, обольстительной девушки в пожилую товарку, измученную тяжелой жизнью. Всего десять долгих минут в мире живых, стоили слишком дорого, даже для доролийки. Рубикон между двумя городами стал таким огромным, что Улула потратила массу времени на пересечение временной пустыни. Объяснение этому не было, и оставалось только гадать: кто так умело, вмешался в привычный мир безвременья.
В дверь постучали. Заранее зная, кто удосужил ее своим вниманием, Улула не стала отвечать, поймав себя на том, что совершенно не ощущает страха.
Присев в кресло – острокрылая почувствовала легкое недомогание – и приготовилась к дуэли.
Медная ручка щелкнула, и на пороге возник Гарпий. Он выглядел лучше прежнего, но даже сейчас было видно какую боль он испытывает при каждом движении.
– Я догадывался, дорогая моя, что ты непостоянная особа.
Хитро блеснув глазами, Улула не спешила отвечать.
– Зачем ты заглянула в Прентвиль. Отвечай негодница! – демон разговаривал с доролийкой резко, пренебрежительно, без оглядки.
– Тебе не осуществить задуманное, – сдержано ответила Улула.
Задумчиво погладив подбородок, Гарпий погрозил пальцем вверх-вниз.
– Стой, кажется я догадался… Все дело в жертвах. Ты предупредила эту девчонку?! Считаешь если она затаиться, Шрам не достанет последних праведников и предначертанное, не свершиться. – Возникшая улыбка оказалась такой желчной, что острокрылую передернуло. – Ты и впрямь не дальновидна, Улула, если считаешь, что я слепо доверился твоей медвежьей услуги…
Добравшись до кресла, Гарпий так и не присел, а лишь облокотился на спинку, и произнес:
– Не лукавь, ответь честно: ты не желаешь подняться на ступень выше, а посему, испытываешь к этим жалким душонкам сострадание…
Стиснув зубы, острокрылая продолжала слушать.
– Твои видения, они поглотили тебя, я знаю как это тяжело. Ты вспомнила прошлое, впустила его в сердце… вот сюда, – он указал на грудь, – печаль. Она захлестнула тебя, ты потерялась… заплутала в нашем сложном мире. Ты посчитала, что снова стала смертной. – Теперь улыбка демона отчего-то сделалась грустной.
Он возник рядом, словно не шел, а скользил по жилищу Улулы. Она хотела дернуться, отстраниться от него, но в последний момент остановилась. Интересно послушать, что он скажет дальше.
Неон был наготове, спрятавшись так удачно, что потерявший свои силы демон не учуял его присутствия.
Гарпий перешел к основной части разговора.
– Не бойся. Я все это знал, и поверь, ни в чем тебя не обвиняю. Достаточно раскаяться и я приму тебя. Не торопись. Выбор не утрачен. Мы погрузим этот город в руины.
Аккуратно коснувшись ее волос Гарпий, щелкнул пальцами и, обняв доролийку за плечи, замер, ожидая ответа.
Она дернулась, не произнеся ни слова. Осторожно подхватив ее руку, он раскрыл ладонь и уставился на абсолютно чистую кожу, не имевшую ни единой судьбоносной линии.
– Я знаю все наперед.
Плавно выскользнув из его рук Улула повернувшись вполоборота, все же удостоила его ответа:
– Если ты такой проницательный, то и без меня осуществишь задуманное. Тебе больше не нужны мои видения, не мои…
– Твои лживые видения! – щелкнув пальцами, Гарпий встал и уставился на доролийку.
Пристальный взгляд обжог ее с ног до головы, словно ему удалось проникнуть в самые глубины сознания острокрылой. Не выдержав, она потупила взор, испуганно вздрогнув. Но следующий вопрос рассеял тревожные сомнения.
– Что из твоих предсказаний – ложь? Отвечай! Дрянь!