Чувствуя скорую победу, Щеголь вцепился в крыло доролийки и разодрал его в клочья. Следующий выпад пришелся на грудь Улулы. Она пыталась защищаться, клацала клювом, только Высший не воспринимал ее всерьез. Без труда уворачиваясь от атак, он бил с невероятной жестокостью. Цепляясь когтями, Высший силился скинуть ее в воронку застывшую среди пузатых облаков.
Перед Улулой знаком обреченности возник пестрый образ крохотной птицы. Пикируя вниз, он напоминал падающую звезду, нацеленную на беспомощную жертву.
Она закрыла глаза, приготовившись погрузиться в великое ничто. Миг, два, три – боль не поразила ее сознание, а отчаянный крик Щеголя резко оборвался, сменившись коротким стоном.
Улула открыла глаза, повернула голову. Рядом с ней лежало крохотное тело Высшего. Трепыхая крыльями, он захлебывался собственной силой, которая лилась из глубокой раны на груди. Вздрогнув, острокрылая перевела взгляд на своего слугу. Безжизненная рука Неона крепко сжимала в руке обугленное оружие.
Подул ветер, подхватив с земли крохотные песчинки. Закружившись вокруг проклятой души, они образовали вихрь шириной в несколько футов, и тело Неона съежилось, став практически неразличимым.
Он выполнил свое предназначение, не бросив свою безрассудную госпожу.
В месте, где лежал слуга, возникла огромная дыра, в которой без труда можно было различить настоящее звездное небо. Улула поежилась, отстранившись от опасного зева. Ее время еще не пришло – совсем скоро, но не сейчас.
На лице возникла скупая слеза. Она, смахнула с рук налипшие перья и встала на ноги. Ей больше не нужен был устрашающий вид истинного надзирателя. Она не собиралась продолжать бесполезный поединок.
Остановившись около Щеголя, который все еще безжизненно распластался возле острых граней огромных валунов, она плюнула и с ненавистью втоптала его каблуком в пыль.
То была не победа. И не выигранная битва. Только крохотная отсрочка неминуемой расплаты, за собственные ошибки.
Взглянув вверх, где среди длинных полос свинцовых облаков возникла и быстро приближалась яркая вспышка, Улула хмыкнула и повторила пренебрежительный жест. Тело Щеголя стало похожим на кусок старой ветоши и мало напоминало заметную, порхающую птицу.
Улула перевела свой взгляд на падающую звезду. Миг, два, три – свет далекого светила не ослепил и не обжог холодом. Битва продолжалась!
Щеголь налетел с новой силой, и острые когти коснулись шеи доролийки. Последние мысли, посетившие Улулу, озарили ее, дав слепую надежду, что все усилия оказались не напрасны. Она ошиблась – не выиграв битву, они с Неоном все же одержали победу в последнем сражении. Ослабив Щеголя, она окончательно обрубила связь Высшего с его опасным оружием. Шрам остался без поддержки своего непобедимого хозяина.
В эту секунду мысли Улулы прервались, – и наступила вечность…
4
Первый вздох, первый поворот головы, возница вздрогнул и застонал. Отстранившись от тела, которое еще недавно констебль считал мертвым, мистер Лизри стер с лица проступивший пот.
– Как? Как такое возможно? – мысленно произнес инспектор, но слова сами вырвались наружу.
Могильщик ответил не сразу. Слегка прислушавшись и почувствовав слабое дыхание мистера Фрита, попытался объяснить:
– В свое время мне дали полезный совет.
Джинкс уже ничему не удивлялся. Односложные ответы Лизри воспринимались им как легкий звук, который успокаивал его не своим содержанием, а неуловимой вибрацией и вдумчивым тоном.
– Я беспокоюсь за мисс Люси, – сам не зная почему, произнес Джинкс.
– Если она последует твоему совету и останется дома своего дядюшки, где целая армия его тайных зеркал, Шрам не сможет узреть ее.
– У меня нет оснований не доверять Тиму, – смутился констебль.
– Храни нас Всеединый, – спокойно согласился Лизри.
Внезапный шорох не застал их врасплох, и не свалился как снег на голову. Бледный, горбатый тип больше похожий на оживший труп, выскочил из тисовых кустов, будто вырвался на свободу из мрачного узилища.
Размахивая куском доски, он кинулся на Джинкса, едва не размозжив тому затылок. Оттолкнув констебля в сторону, мистер Лизри ударил злобного пришельца в грудь. Но данный факт только разозлил незнакомца. Зарычав, словно полковой пес, он продолжил размахивать своим странным оружием.
– Тащи возницу вглубь кладбища, – выкрикнул Лизри, встав между ожившим мертвецов, мистером Фритом и тем, кто выглядел не лучше, чем обладатель могилы.
В руке могильщика вновь появилась острая игла. Не став спорить, Джинкс подхватил каменное тело извозчика и потянул на себя. Результат усилия равнялся нулю – они не сдвинулись и на дюйм.
Отступив на шаг, человек, чьи повадки походили на терзания одержимого, стал кусать зубами воздух, пытаясь дотянуться до вооруженного противника. Не осмеливаясь нападать, он, словно выжидал подходящего момента. И в следующий миг этот самый момент наступил.