Ру-ру зашелся в ужасном смехе, словно безумец, обуреваемый страшными видениями.
– Лучше бы я поломал тебя на щепки, – зло процедил сквозь зубы Шрам. Его ненависть к куклам – готовая вырваться наружу – увеличилась в стократ. Но крепкие веревки не дали мастеру ни единого шанса.
На остров оседало медное облако пыли, погружая округу в непроглядное марево, в котором уже невозможно было различить силуэты фантомов.
Шрам ощутил на языке привкус земли и смачно сплюнул. Но пыль сейчас была везде, и как он не силился, а так и не смог избавиться от землянистой горечи во рту.
Сквозь завывания ветра и далекие раскаты грома, внезапно вырвался голос сэра Заговорщика. Его тембр изменился – стал более громогласным, низким, будто перекричать вой бури, ему не составляло никакого труда.
Шрам прислушался к словам и ужаснулся. Заутробный голос монотонно повторял одну и ту же фразу, словно заученную молитву. Язык был незнаком мастеру, но он отчетливо осознавал, что раньше уже слышал непонятные слова.
– О, скоро ты ответишь за свои прегрешения! Еще как ответишь! – злорадствовала кукла.
– Отправляйся в преисподнюю! – не выдержал Шрам.
В ответ Ру-ру разразился желчным смехом.
Мастер ничего не ответил. Он слишком устал от загадок, угроз, собственных воспоминаний, а главное – от проклятия 'дарованного' ему неведомым демоном.
Он и сам хотел поскорее расстаться с жизнью, поскорее оставив свое земное существование. И неважно от чьей руки он погибнет – живые, мертвые – для него сейчас все было едино.
Тем временем сэр Заговорщик перешел на крик. Он взывал к несуществующим небесам, раскинув руки в стороны, словно птица, готовящаяся к полету.
Шрам попытался различить отдельные фразы, но услышал лишь звон и сильные набаты. Возможно, ему просто почудилось – где-то вдалеке протяжными звуками отзывался колол.
– Скоро ты все поймешь! Ты узнаешь, что такое вечные муки! А мы обретем желанную свободу! – продолжал издеваться Ру-ру.
– Поскорее бы. – На измученном лице мастера возникла надменная ухмылка.
Сквозь непроглядную пелену песка показались росчерки бирюзовых молний. Вспыхивая и затухая, они будто пульсирующие артерии вытянулись над островом, заключив его в свои сети.
– Раскаивайся! Но это тебе уже не поможет, – выкрикнул последнюю фразу Ру-ру, в тот момент, когда раздался невероятный грохот.
Шрама откинуло в сторону, и он покатился вниз. Толчки повторились еще несколько раз.
Перевернувшись на бок и поджав под себя колени, убийце удалось принять прежнюю позу. Щурясь, он попытался найти в непроглядной занавесе фантомы отступников.
В один миг напряжение резко исчезло, и песочный туман мгновенно растворился в пустоте.
На холме у сухого, застывшего в нелепой позе дерева, стоял человек. Его невероятно белый костюм, непроизвольно гармонировал с темной корой.
Слегка прихрамывая, светловолосый гость стал спускаться вниз по каменным ступеням.
Шрам видел, как нервно дернулся сэр Заговорщик, а Куттер тяжело дыша, неумело попятился назад. Он успел заметить даже неловкое движение куклы, заставившее Ру-ру оступиться и упасть на плоский камень.
Не зная, чем грозит ему эта встреча – мастер несказанно радовался, что этот странный пришелец сбил спесь с его одержимых пленителей.
– Доброй бесконечности, друзья, – приблизившись, практически пропел гость. – Никак не ожидал вас здесь увидеть.
Сэр бунтовщик осклабился и стал похож на молодого волчонка, готового броситься на случайного обидчика.
– Ну-ну, не стоит, – успокоил его Гарпий. – Свободные души не должны столь рьяно проявлять свои эмоции. Здесь это недопустимо.
Слегка прихрамывая, демон дня прошел между заговорщиком и куклой, презрительно осмотрев Куттера, хмыкнул и бросил взгляд на Шрама.
От этой мимолетной встречи, мастер ощутил, как кровь стынет в жилах. Он вспомнил эти черные, бездонные глаза. Вспомнил и ужаснулся. Сейчас он вновь столкнулся с тем, кто приговорил его до конца лет искупать свои бесконечные грехи. Он опять встретил вершителя его судьбы!
Дрожащими руками сэр Заговорщик попытался нащупать во внутреннем кармане пенсне.
– Вы меня и без того прекрасно видите, мистер бунтарь, – язвительно заметил Гарпий, одарив фантома хищным взглядом. Его трость с головой орла, жадно впилась в ногу мертвеца, и Шрам разглядел легкое сияние. Заговорщик взвыл.
– Раввввв, – кукла вцепилась в ногу демона, но тот непринужденно откинул нападавшего в сторону.
– Зачем же вы пожаловали сюда, безумцы? – любезно поинтересовался оролиейц.
Куттер стал следующим, кто попытался противиться воле демона. Замахнувшись, он в такой позе остался стоять на месте, замерев будто постамент.
– Ворота в недосягаемое? – предположил демон. – Но вам сюда рановато! А может быть вы решили за счет одной черной душонки, пробраться в обетованное?
– Не твое дело! – продолжая завывать, рявкнул сэр Заговорщик.
– А вот тут вы глубоко ошибаетесь. Это как раз мое дело. И это не ваша, а моя душа. И никому не позволено ее трогать!
Шрам сразу понял – разговор идет именно про него. Слова демона не предвещали ему ничего хорошего.