— Солнце всходит, — выдохнул Вес. — Кто-то там еще бродит?
— Нет. По крайней мере, я их не вижу.
Он подошел к окну и встал рядом с Соланж. Бульвар был пуст, окна домов темны. Полное безлюдье и безмолвие.
— По-моему, они все убежали. Ведь они не могут выдержать дневного света, так?
— Я бы с такой уверенностью не говорила, малыш, — сказала Джейн, разворачивая свое кресло так, чтобы сидеть лицом к ним. — Я теперь ни в чем не уверена в этом мире, который явно съехал с рельсов.
Вес отошел от окна и с облегчением опустился в ужасно мягкое антикварное кресло со сломанным подлокотником. Рядом на кофейном столике горела одинокая свеча. Стоявший возле дверей старинный футляр с часами был опрокинут на бок, стрелки замерли на десяти минутах второго. Вес поставил свою рюмку на столик, вытер со лба холодную испарину.
— Мы должны найти Джимми, — вдруг сказал он, подняв голову и глядя на Соланж.
Она молча посмотрела на него, потом отвернулась к окну.
— Мы должны вызвать полицию, — настаивал Вес. — Мы должны сообщить кому-нибудь.
— Только после восхода солнца, — сказал Соланж. — Не раньше.
— Значит, вы загнали двух паразитов в бассейн? — Старушка в кресле для инвалидов громко и пронзительно захихикала. — Вот это да! А я уже собиралась выпустить из этого корыта воду… — Она снова захихикала, потом уставилась на свою рюмку. Улыбка ее быстро исчезла, глаза стали безнадежными и темными. Она что-то тихо пробормотала и потянулась к быстро пустеющему графинчику.
— Чего я не могу понять, — тихо сказал Вес, — это почему они не… добрались до вас, когда ворвались в дом?
— Потому что я веду праведный образ жизни, вот почему. Изобилие «Джонни Хокера» и смородинового бренди — все это гарантирует вам вечную молодость. — Она похлопала по неподвижным коленям, накрытым клетчатым пледом, потом снова посмотрела на Веса. — Я видела их лица, — сказала она. — Их было двое, совсем дети. У девушки в ухе была булавка. Рокеры, очевидно. Что я подумала, когда посмотрела на них, так это, что пришел твой последний час, Джейн. Ты пережила четыре замужества, бомбы с часовым механизмом, автомобильную катастрофу на Тихоокеанском шоссе, но вот финал — два наркомана, которые залезли в дом, чтобы утащить твою тонну поддельных драгоценностей, прикончат тебя посреди ночи.
Она сделала долгий глоток из рюмки.
— Потом ко мне подошел мальчик, и он… это существо, оно открыло пасть… и я увидела зубы! Клыки, как у Дракулы в фильмах, вы видели? Только на нижней челюсти тоже были клыки, они выдвигаются, как у гремучей змеи, когда та собирается ударить, Боже! — Она вздрогнула и на некоторое время погрузилась в молчание. — Потом он остановился прямо рядом с моей постелью. Он как будто нюхал воздух. Мне показалось, что я вижу собственное отражение в его глазах, и я… поняла, как близка ко мне Смерть. И в следующий миг они оба исчезли, словно их и не было. Я даже не увидела, как они убежали. Само собой, они испортили свет и телефоны, и мне пришлось катиться в кресле в темноте, рискуя наткнуться на одного из них. Когда я оказалась на первом этаже, то услышала весь этот шум и спряталась здесь. Я подумала, что вы… ну, что как они… пока не услышала ваш разговор. В мае мне будет семьдесят пять. — Она покачала рюмкой с бренди, допила ее до дна. — Думаю, что спасло меня то, что я показалась им слишком старой, наверное, им нужна кровь помоложе.
— Они схватили моего друга, — сказал Вес, бросив взгляд на Соланж и быстро отведя его в сторону. — Бог мой, сколько же их в городе? И откуда они взялись?
— Черт побери, малыш, — сказала Джейн. — Прямо из черной коробочки старого дьявола, откуда же еще? У него полно там всяких фокусов. Мне казалось, что я видела все, что может предложить этот мир, но теперь поняла, что ошиблась.
Соланж содрогнулась. Если вампиры вели охоту на улицах Беверли-Хиллз и Бель-Эйр, если они организовали такие группы, что могут вести охоту на людей на местах дорожных происшествий… тогда их, должно быть, многие сотни. Ее охватил ужас при одной мысли о такой возможности. Снаружи постепенно светлело, но огромные лужи-тени маслянисто блестели, словно предательские смоляные ямы. Она вспомнила детскую сказку: «Отпусти меня, братец Кролик, отпусти меня!» Как далека ее жизнь от того яркого мира детства. Словно она бредет по темной стороне Луны.
— …я вас по ящику видела, — говорила в это время Джейн Весу. — Ваше шоу. А вы довольно здорово… смешите… весьма здорово!
Он кивнул, плечи его опустились, подались вперед.
— Спасибо, — сказал он, но мысли его не могли переключиться с воспоминаний о Джимми, содрогающегося в лапах вампиров, которые вытаскивали его из покореженного автомобиля.
— Да, весьма неплохо вы смотрелись. — Она улыбнулась, глаза ее уже приобрели стеклянистый отблеск. — Хотя и не великолепны, не зазнавайтесь. Джек Бенни — вот кто был великолепен. Но и вы пойдете вверх. В прошлом месяце Си-Би-Эс делала специальную передачу обо мне, с показом фрагментов. Вы видели?
Вес отрицательно покачал головой.
