– Мне было любопытно, осмелишься ли ты, – спокойно заявил Ракам. – Ты же не воин и знаешь мою репутацию. Это была поразительная глупость, но я уважаю это. Теперь никто не сможет сказать, что ты трус. Однако, если ты сделаешь это снова, я больше не буду так снисходителен и задушу тебя твоими собственными кишками. Понял?
– Да… – согласился Хемель, поднимаясь и морщась от боли. Ребра обжигала боль, а правый глаз опух настолько, что почти ничего не видел.
– Я рад, что мы закончили. Пошли. Камень ждет – сказал Ракам и двинулся к черному кубу.
Хемель поковылял за ним. Вскоре к нему присоединился Тенан. Они чувствовали себя заключенными, которых вели на казнь. Оба молчали. Уныние лишало их желания говорить. Зато Ракам был в отличном настроении и оттого стал необычайно разговорчивым. Он болтал без умолку.
– Вы не представляете, как надо намучиться, сколько сил нужно приложить, чтобы скрыть существование таких вещей, как эта воронка и камень. Этот город не смог бы правильно функционировать без гвардейцев, которые своей заботой обеспечивают его жителям нормальную, упорядоченную жизнь. К счастью, авторитет Совета укреплялся в течение многих лет и настолько неоспорим, что помогает укрощать амбиции Магистров, ищущих свободный доступ ко всем аберрациям Линвеногра. А там, где не помогает авторитет, вступаю я. Вы сами знаете. Мне не нужно напоминать вам. При обычных обстоятельствах я бы давно избавился от вас. Вы слишком отклоняетесь от нормы. Ваше существование провоцирует других задавать неудобные вопросы и разрушает Порядок – вернее, иллюзию порядка, но это, в общем-то, одно и то же, потому что жители в него верят. Они отвергают факты, способные отнять у них приятное чувство безопасности. Однако ситуация изменилась. У нас серьезная проблема. Вы, вероятно, ничего об этом не слышали, но Охотник на Людей уже добрался до границ Линвеногра. Он остановился на Поле Мороси. Неподалеку от пещеры Аворро. Он стоит там и ждет. Понятия не имею, чего. Его сопровождают три Маленьких Человека. Во всяком случае, я сам это видел. Мы полагаем, что его привлекло присутствие Друсса. Но человека уже нет, а охотник его до сих пор ждет. Я отправился туда, о Таботт! Я действительно пошел туда, потому что Совет решил через меня передать ему свою волю. Уверен, вы уже догадались. Они просят Охотника уйти. Вежливо просят. Да, именно так. Они заставили меня вежливо попросить. Я был в ярости. Я не прошу. Никогда! Я твердо и решительно делаю то, что нужно! Но оказавшись там, увидев его, я впервые за очень долгое время испытал страх и поверил, что все эти диковинные рассказы об Охотнике на Людей, которые до сих пор казались мне глупыми выдумками, могут оказаться правдой. Мои приказы были просты. Если бы он отказал и решил не уходить… Хм, не уходить… Можно ли так сказать о том, у кого нет ног? – Ракам тихо рассмеялся шутке, которую понимал только он сам. – Неважно. А если он не согласится, то я должен буду… внимание, сейчас будет самое интересное… я должен буду его запугать, сказав, что Совет применит против него силу. Поэтому я встал перед ним и принялся объяснять, что Совету Линвеногра, представляющему всех жителей города, не нравится его присутствие, и потому Совет просит… Это все, что я успел сказать, потому что внезапно услышал чудовищный, жуткий звук, который с оглушительной силой буквально вмял меня в мокрую траву. Только спустя некоторое время я понял, что это его голос, что Охотник что-то сказал мне. Когда он заговорил снова, я услышал свое имя. «Ракам?» – спросил он. Я пробормотал что-то в ответ, не в силах даже собраться с мыслями. «Уходи. Никому из вас не дозволено здесь появляться», – сказал он, и каждое его слово все сильнее вгоняло меня в землю. В полусознательном состоянии я пополз в сторону города и, когда мне наконец удалось собраться с силами и встать, тут же помчался в Совет. Панаплиан не лгал. У нас против него нет шансов. Если только мы не найдем что-то, что очень давно спрятал здесь сам Таботт, что-то, что можно использовать как оружие, способное отпугнуть и, возможно, даже уничтожить такое могущественное существо, как Охотник. В этом ваша роль. Вы помогаете нам найти то, что может спасти Линвеногр. Если мы потерпим неудачу, мы все умрем, потому что каждый город, в который приходит Охотник, рано или поздно исчезает с поверхности Усимы. И если мы не потерпим неудачу, Совет вернет вам все привилегии, и вы сможете спокойно дожить до конца своих дней.
Хемель красноречиво посмотрел на Тенана. Им не нужно было ничего говорить. Они оба хорошо знали, что Ракам никогда не сказал бы им правду. Он только ловко усиливает их чувство растерянности, чтобы выполнение непонятных, нелепых задач, в которые они были вовлечены, стало для них единственной возможной оставшейся для них формой целенаправленного действия.
– Что нам делать? – спросил Тенан.
– Это просто. Как и все замины и перусы, которые приходят сюда, вы должны войти под Камень.
– То есть?
