Бели явно не любил пользоваться тормозами, поэтому уазик заносило на поворотах, подкидывало и швыряло во все стороны. Бруно с сержантом быстро промчались между длинными корпусами из темно-коричневого кирпича и мимо просторной мастерской, где сварщики чинили разбитый броневик. Потом они резко свернули налево и поехали вдоль огромной бетонной стены. Они миновали бегущую колонну легко одетых солдат, выкладывающихся по полной на утренней тренировке, и резко затормозили перед невзрачным семиэтажным зданием штаба.
Кабинет капитана Каво располагался на верхнем этаже и был частью его квартиры, поэтому отсутствие лифта, скорее всего, не представляло для него проблемы. Тяжело поднимаясь по крутой лестнице, Бруно разглядывал широкую спину сержанта Бели и думал о том, что адъютант, желает он того или нет, обязан находиться в отличной форме.
Каво уже ждал Бруно. Свежевыбритый, в расстегнутом мундире и с ногами на столе. Он смерил Бруно высокомерным взглядом и указал ему на стул.
– Садитесь, пожалуйста. Я вижу, что крещение состоялось.
– Крещение?
Каво красноречиво посмотрел на босую ногу Бруна, покрытую коркой светло-коричневой грязи.
– Да…
– Все новобранцы должны пройти площадь.
– Я не ваш солдат, капитан.
– Вам тоже не помешает.
– Я понимаю, что вы пытаетесь меня отговорить.
Каво захохотал.
– Если бы это было так, вы бы оказались в лазарете. С огнестрельным ранением.
– Мне не нравятся такие шутки.
– Это была не шутка. Я бы с радостью отправил вас обратно, но у меня нет выбора.
– К счастью.
– О счастье поговорим, когда вы вернетесь. Если вы вернетесь. Расскажите, пожалуйста, как вам удалось убедить власти в целесообразности этой идеи?
– Не притворяйтесь, капитан. Вы же знаете мою фамилию.
– Конечно, но какое это имеет?.. Ага… Спасибо, что подсказали мне. Я бы и сам не догадался. Амелия Грасс была вашей женой?
– Да, и мне не нравится, что вы говорите о ней в прошедшем времени.
– Я понимаю ваши чувства, но факты таковы.
– Я знаю их лучше вас. Я был одним из тех, кто создавал исследовательскую программу для Пирги и строил вокруг зоны научную инфраструктуру.
– Но, поправьте меня, если я ошибаюсь, вы здесь никогда не были, верно? Вы все делали из-за стола.
– В этом не было необходимости…
– Это так красиво выслуживаться с помощью жены?
– Оставьте при себе эти постыдные инсинуации. Я прошу только выполнять приказы.
– Успокойтесь, всё, что должен, я сделаю. И ничего больше.
– Этого достаточно.
Капитан Каво встал и застегнул мундир.
– Не возражаете, если мы кое-что проверим? Это недалеко. Сюда, пожалуйста.
Каво открыл широкую двустворчатую дверь. За нею располагалась большая гостиная, где стоял массивный дубовый стол, заваленный картами. Они прошли мимо до очередной двери, на этот раз застекленной, которая вела на террасу. Выйдя на нее, Бруно понял, почему капитан выбрал для проживания и командования именно это место. Это было самое высокое здание в части, и только отсюда можно было увидеть, что скрывается за стеной.
Густой лес тянулся до горизонта.
– Красивый вид, правда? – заметил капитан.
– Действительно…
– Пусть вас это не вводит в заблуждение. Это очень опасное место. Вы ничего не слышите?
– Что вы имеете в виду?
– Всё что угодно.
– Ветер. Птицы. Я не понимаю, о чем вы.
– Видите, в какую сторону идут рельсы? Посмотрите туда. Не сюда! Туда. Выше. Вы что-нибудь видите на горизонте?
– Туман. Восходящее солнце. Я действительно не понимаю…
– Некоторые могут увидеть и услышать это с большого расстояния, но вы, похоже, не относитесь к их числу.
Бруно почувствовал укол страха.
– Это хорошо или плохо?
– Говорят, вы знаете факты лучше меня.
– Да. Я знаю.
– И вы не изменили свое мнение?
– Нет.
– Тогда собирайтесь. Мои люди готовы.
Состав был коротким. К локомотиву прицепили только один товарный вагон. Тяжелые раздвижные ворота со скрежетом распахнулись, и поезд въехал в зону. Он не мог ехать быстро, потому что на путях лежало множество сломанных веток, а деревянные шпалы были старыми и помятыми.
Отряд солдат из пятнадцати человек под командованием прапорщика Талавы шел впереди паровоза и расчищал рельсы. Бруно сидел в кабине рядом со старым машинистом, который то и дело поглядывал в его сторону, пока наконец не выдержал и не спросил:
– Это правда, что Амелия была вашей женой?
Бруно оторвал взгляд от медленно движущихся деревьев и посмотрел на машиниста.
– Она и есть моя жена.
– Удивительная женщина. Каво искренне ненавидел ее, потому что люди относились к ней с большим уважением, чем к нему. Когда он приказал всем покинуть зону, она не только отказалась выполнить приказ, но и убедила большую группу ученых остаться с ней.
– Откуда вы знаете? Может, это они ее убедили?
– Большинство все же вернулось, и каждый из них утверждал, что это была ее мысль. Каво был в ярости и поехал за ней лично. Его солдаты прочесали местность, но никого не нашли. Затем военные закрыли зону. Это было четыре года назад. С тех пор сюда никто не заходил. До сегодняшнего дня.
– Я знаю…
– Что вы им сказали?
– Кому?
