Ониксовый Шторм полностью

– Моя печать – это всегда равновесие, – возражает Боди, поднимая руку, когда ветер поднимается до постоянного рева у нас за спиной. – Я могу остановить ее!

– Ты не можешь! – я снова толкаю его, и на этот раз он шарахается в сторону. – Твоя печать должна действовать только на нашу магию, а не на их. А теперь иди! Ты обещал Ксейдену!

– Идем со мной! – кричит он.

Теофания каким-то образом знает, что ты попытаешься спасти всех… В голове звучат слова Бреннана.

– Я не могу, – если я уйду, она последует за мной, и мы проиграем. Если я останусь, то смогу отвлечь ее от остальных.

– Тогда я буду сражаться рядом с… – начинает Боди, но Квер обхватывает его двумя когтями и бросается прочь, прежде чем он успевает закончить. Его зеленые крылья бьют огромными взмахами, когда он уносит громко протестующего Боди с поля, направляясь на юг. Без сомнения, он справится с ветром, прежде чем подняться на скалы.

Преемник Тиррендора в безопасности, но нет времени почувствовать хоть унцию облегчения.

Порыв ветра с воем бросает меня вперед, и я падаю на колени в траву, едва не задев свисающий с запястья проводник. Позади меня что-то стонет, и я оглядываюсь через плечо как раз вовремя, чтобы увидеть, как с края поля в мою сторону наклоняется дерево высотой с Тэйрна и замирает под неприличным углом, прежде чем начинает падать.

Вот дерьмо . Я вскакиваю на ноги и бросаюсь влево, пытаясь отбежать с траектории падения. Ветер снова сносит меня менее чем за десять шагов, и мой живот сводит, когда дерево падает на меня. Мои ноги скользят по группе рыхлых камней, но ботинки удерживают мои лодыжки на месте, пока я карабкаюсь на расстояние еще нескольких футов.

Дерево рушится, ударяясь о землю с силой дракона. Сердце колотится, и я смотрю на ветку, лежащую менее чем в двух шагах от меня.

– Транслируй, и мы уйдем вместе! – обещает она, ее голос возвышается над ветром, хотя дерево скрыло ее от меня.

Если подумать, то дерево скрыло и меня , по крайней мере, пока она не сменит позицию.

Мне нужно работать быстро.

Ветер слишком силен, чтобы сделать прямой выстрел – он пролетит мимо нее без какого-либо веса. Я хватаю кинжал, поднимаю летную куртку и отрезаю полоску ткани от нижней части мундира. Ветер пытается вырвать ткань, поэтому я засовываю ее между зубами и прикусываю, а затем убираю клинок в ножны. Быстрее. Мне нужно двигаться быстрее . Потянувшись через плечо, я как можно крепче сжимаю древко стрелы с маорситовыми наконечником, затем освобождаю ее от колчана и вытаскиваю перед собой.

Ветер немного стихает, когда я привязываю стрелу к камню размером с канат на поле.

– Дотянись до силы и завладей! – Теофания появляется в двадцати футах передо мной.

Я поднимаюсь на колени и изо всех сил бросаю камень в ветер.

Шторм несет его, но Феофания сбивает его с курса на трех четвертях пути.

– Ты так ничему и не научилась? – он приземляется в паре футов справа от нее.

И взрывается.

Грязь, трава и камни разлетаются в стороны, а Теофанию от удара подбрасывает в воздух на половину длины крыла. Ветер стихает прежде, чем она врезается в землю.

Слава богам, буря еще не настолько сильна, чтобы удержаться без нее. Я вскакиваю на ноги и бросаюсь в атаку, доставая свой последний кинжал с рукоятью со сплавом. Я не могу рисковать, теряя его в броске.

Трава цепляется за ее косу, когда она поднимается на ноги, а ее глаза с трудом фокусируются, когда я вскидываю кинжал параллельно запястью и бросаюсь на нее. Мои колени ударяются о землю за секунду до того, как я делаю замах.

Она ловит мое предплечье и сжимает с силой, грозящей раздробить кость.

– Достаточно!

Изнуряющая волна боли обрушивается на меня, но я держусь за кинжал так, будто от этого зависит жизнь всех моих друзей, затем выхватываю нож с черной рукояткой из левой руки и наношу удар, всаживая лезвие ей в бедро.

Она кричит, но вместо того, чтобы отпустить мое предплечье или вытащить нож из бедра, она хватает меня за горло и отбрасывает назад так, что я ударяюсь позвоночником о землю. Мои глаза расширяются, и я жду, что взрывчатка в моем колчане убьет нас обоих, но подушка каким-то образом выдерживает удар.

– Глупая женщина, – она ударяет меня коленом в живот и выжимает из меня воздух.

Я борюсь за следующий вдох, но он приходит, и она прижимает мою вторую руку к земле со скоростью, которую я никогда не смогу превзойти.

– Твоя мать уже в твоем возрасте знала, что она мне не соперница. Вот почему она пряталась за этими чарами. Возможно, тебе стоило последовать ее примеру, – зазубренные ногти Теофании впиваются в мою кожу, а вены возле ее глаз вздуваются, когда она смотрит на юг. – Похоже, немногим удалось спастись. Что ты будешь делать?

Я слежу за ее взглядом, и каждый мускул в моем теле напрягается, чтобы не вздрогнуть. Орда виверн рвется на север, минуя город и влетая прямо в долину, ведущую к перевалу Медаро. Я должна быть там… но тогда я не смогу удержать ее здесь .