Ониксовый Шторм полностью

– Да, – медленно произносит Сгаэль, ее голова движется змеиным движением. – Но она выживет, – она делает паузу. – Они завершили плетение чар, но они простираются не дальше Дрейтуса.

Это хорошо. Плохо. Черт, я не знаю. Что я вообще такое?

Я ее.

– Убеди Тэйрна, – умоляю я.

От этого зависит все.

– Мы спросим, – наконец говорит Сгаэль, впиваясь когтями в каменистую почву. – И ее решение определит нашу судьбу.

На эти условия я могу согласиться.

Мы поднимаемся в воздух меньше, чем через минуту.

Хотя кадетам настоятельно рекомендуется не заводить романтических связей во время обучения в квадранте, лейтенантам разрешается жениться на ком угодно по окончании обучения.

– Кодекс всадника драконов, статья 5, раздел 7

ВАЙОЛЕТ

– Вайолет! – кричит Бреннан, сбегая по ступенькам Дома Риорсонов в залитый лунным светом двор.

Через открытые двери доносятся звуки праздника.

Я ворчливо поднимаюсь на ноги рядом с Имоджен, и тут справа в тени появляется фигура.

– Я не позволю им сжечь тебя, – клянется Андарна.

– Что? – я мотаю головой в ее сторону. – Зачем моему брату сжигать меня? – и почему, во имя Данн, я сижу на гравии во внутреннем дворе? Мои мысли… медленные. Что-то не так.

Что-то не так.

– Ты в порядке? – спрашиваю я Бреннана, когда он подходит к нам.

– В порядке ли я ? – его глаза расширяются, и он оглядывает меня в поисках травм. – Сейчас три часа ночи! Где ты была? – его голос повышается, и группа всадников, которых я не узнаю, проходят через ворота слева от нас. – Вэйлсен? – спрашивает Бреннан, и тот, что повыше, идет в нашу сторону. – Докладывай, – он оглядывается через плечо. – Тихо.

Мой рот открывается, а потом закрывается. Где я была?

– Мы… – взгляд офицера скользит по мне.

– Все в порядке, – заверяет его Бреннан.

– По официальным данным, за последние несколько часов в долине были убиты четыре всадника, их драконы и три старших, – говорит Вэйлсен. – И еще пять всадников пропали без вести – теперь четверо, – добавляет он, глядя на меня. Его рот напрягается. – Но после того показа мы все знаем, что это сделал Риорсон. Держу пари, остальные трое уже мертвы.

Мой желудок подпрыгивает, а Имоджен напрягается так сильно, что кажется, будто она каменная.

Подождите. Это сон? Я сжимаю правый кулак и укалываю ладонь ногтями, чтобы почувствовать боль, но не просыпаюсь.

– Согласно последнему отчету, чары в Дрейтусе держатся, но кто знает, сколько из этих иссушений во время битвы было на самом деле его рук делом, – продолжает Вэйлсен. – И пока что из земель вылупления пропало шесть яиц, но они проводят повторную проверку.

Пропажа яиц? Я тянусь к Тэйрну, но связь с ним туманна, как будто он спит.

– Ему нужен цикл отдыха, чтобы восстановиться, – уточняет Андарна.

– Восстановиться от чего? – он был в порядке, когда я видела его в последний раз, а это было около пяти минут назад, в лесу на краю поля…

Там, где я убила Теофанию.

Ксейден .

Стена теней… Мое сердце замирает. Что, черт возьми, происходит? Как я сюда попала? Почему у меня такая туманная голова? У меня контузия?

– Ты свободен, – говорит Бреннан всаднику. – Держи это в секрете, пока мы не получим полный отчет.

– То, что она твоя сестра, не значит, что она не самый быстрый способ…

– Свободен! – огрызается Бреннан, и всадник отступает.

– Ты знаешь, где он? – тихо спрашивает Бреннан, как только другой всадник удаляется. – Риорсон? Ты слышал, что сказал Вэйлсен. У нас есть мертвые драконы, всадники и пропавшие яйца, и, если ты видела Риорсона, мне нужно знать, Вайолет.

– Я… – слова подводят меня. Почему я не могу думать ? – Я не знаю, – поднимаю руки ко рту, и кусок пергамента в моем переднем кармане задевает мою руку, а затем падает.

Бреннан ловит его.

– Кардуло? – он поднимает глаза на Имоджен.

– Я не видела его со вчерашнего дня, – говорит она, ее голос низкий, почти монотонный. – Лейтенант Тэвис?

– Среди пропавших без вести, – мягко отвечает Бреннан, а затем бросает взгляд в мою сторону и выражение его лица сразу меняется. – Ни хрена себе, Вайолет.

– Что? – я опускаю руки. Гаррик тоже пропал? Кто еще входит в четверку всадников, о которых упоминал Вэйлсен?

– Твой палец, – говорит Имоджен, а потом смотрит на землю.

Мой палец? Точно.

– Кажется, я сломала руку, – я опускаю взгляд и замираю.

Моя левая рука забинтована, а на пальце красуется золотое кольцо с изумрудом размером с ноготь. О боги, я знаю этот камень. Он совпадает с другими из клинка Аретии, лежащими наверху на тумбочке Ксейдена. Неужели это тот самый пропавший?

– Что сейчас происходит? – медленно спрашиваю я.

– Ты не знаешь? – Бреннан понижает голос.

Я качаю головой.