Ониксовый Шторм полностью

– Вы решили устроить бунт! Расколоть квадрант! – возражает Аура, тыча пальцем в перчатке в грудь Даина, приближаясь к нему медленными, методичными шагами, от которых у меня учащается пульс. – А потом вы приводите домой врага, с которым мы боролись столетиями , врага, который убил моего собственного кузена в одном из своих набегов! И вы считаете, что мы должны приветствовать их в сердце королевства, которое они обучались уничтожать?

Наваррцы бормочут в знак согласия.

– Мне кажется, наш парень проигрывает, – шепчет Аарик. – Он хорош, но он не Риорсон.

Ксейден не просто возглавлял Четвертое крыло, он вызывал уважение и страх у всего квадранта. Моя челюсть сжимается. Но он больше не кадет, и весь квадрант Всадников будет подчиняться только одному из своих. Он не может объединить то, что разбил.

– Ксейден не сможет это исправить, – бормочу я, в основном про себя. К черту, ненавижу, когда Тэйрн прав.

К счастью, он молчит.

– Нам нужны летуны! – Даин не сдается.

– Они нужны вам ! – в голосе Ауры появляется горечь, когда она делает еще один шаг к Даину. – Мы сражались, чтобы спасти Басгиат! Мы были непоколебимы в своей защите! Мы не дрогнули! – еще один хор аплодисментов раздается, когда она поворачивается к квадранту, как политик.

– Ему не победить толпу. Она бросит ему настоящий вызов, – предупреждает Аарик, окидывая взглядом драконов и грифонов, и я вдруг вспоминаю, кто он такой.

– Может, у тебя есть склонность к публичным выступлениям? – спрашиваю я Аарика, расстегивая первую пуговицу на своей летной куртке, так как жар нарастает. – В твоей семье это точно есть.

– Неужели именно отказ от права первородства в пользу высокой вероятности смерти выдал меня? – отвечает он, его тон сух.

Я воспринимаю это как нет .

– Что скажете? Их сильнейший против нашего сильнейшего? – Аура постукивает окровавленной рукой по сердцу. – Я предложу тебе сделку, лидер крыла. Победи меня, и твои летуны доживут до утра. Не справишься с задачей, и мы окрасим этот двор в красный цвет.

От одобрительного рева наваррцев у меня скрипят зубы.

– Даин не самый сильный, – замечает Андарна.

– Даин может сразиться с ней в рукопашную, – кумовство – не единственная причина, по которой он получил свой ранг, и магия на вызовах не допускается. Я слежу за каждым движением Ауры, которая перебирает пальцы своей перчатки, вместо того чтобы достать кинжал или меч. Мой желудок напрягается. Есть только одна причина, по которой ей нужны голые руки.

Огонь всегда выигрывает у магии, связанной с памятью.

Аура жестом указывает на твердый снег между ними.

– Пусть это послужит нам ковриком. Что скажет наш мастер боя? – спрашивает она у толпы.

– Начинайте! – кричит все Первое крыло.

– Я не буду с тобой драться, Аура! – рычит Даин.

– Зато я буду драться с тобой ! – Аура теребит перчатку, а я вскидываю кинжал, держа его за кончик. – Или ты действительно стал трусом? Еще один мятежник, которого нужно заклеймить как такового?

Заклеймить . Ярость сужает глаза.

– Даин не самый сильный! – повторяет Андарна, и на этот раз я понимаю, о чем идет речь.

Я самая сильная.

Аура снимает перчатку и взмахивает рукой. Я бросаюсь, выпуская кинжал за секунду до того, как из ее ладони вырывается пламя.

Сталь пригвождает ее перчатку к деревянной опоре помоста.

Аура вздыхает, и пламя угасает прежде, чем успевает коснуться Даина. Ее глаза сужаются.

– Сорренгейл.

– Вайолет, нет, – протестует Даин.

– «Мятежник» – это так… старо. Мы предпочитаем термин «революционер», – сообщаю я Ауре, делая размеренный шаг в ее сторону и приветствуя треск обжигающей силы на кончиках моих пальцев. – И если ты собираешься орудовать магией, то тебе придется иметь дело со мной.

Никогда не поворачивайтесь спиной к всаднику.

– Майор Афендра. Руководство для драконьих всадников (запрещенное издание)

– Ты смеешь… – Аура поворачивается ко мне лицом и снимает вторую перчатку.

– Я осмелюсь, – я поднимаю раскрытые ладони к небу, и тепло струится по моим рукам, когда я выпускаю волну силы, заставляя ее подняться вверх.

Молния раскалывает небо, ярко вспыхивая над нашими головами и расходясь по облакам. Мгновенно следует гром, такой громкий, что сотрясается каменная кладка.

Толпа затихает, а Аура на мгновение замирает, прежде чем опустить руки.

– Видишь ли, Даин слишком благороден, чтобы принять вызов, но ты знаешь, мое чувство морали… стало колебаться, – я достаю еще один кинжал и указываю им в ее сторону. – Поднимешь руку против него еще раз, и следующий удар пройдет сквозь нее. Это из-за него вы живы. Благодаря ему вы все живы! – сила бурлит во мне, гудит от готовности, и я сую левую руку в карман летной куртки и извлекаю проводник.

– Вайолет, – мягко предупреждает Рианнон справа от меня.

– Шшш, веселее же, когда она взрывает все дерьмо, – шепчет Ридок.