– Замечательно. Ну, его данные устарели, – Дегренси сминает приказ. – Бой закончился вчера, и даже если бы это было не так, я не склонен посылать курсантов в сражения, – он указывает на зияющую дыру в крепости. – Самая большая виверна прорвалась через нее, как только восстановились чары, но когда наш периметр пал, вэйнителям все равно не нужна была магия, чтобы проникнуть внутрь. Мы едва не потеряли источник питания, убивая их. Нам удалось отбросить их через границу, но фронт находится за холмом, – он переводит взгляд на летунов. – За границей потери гораздо серьезнее.
– Так всегда бывает, – комментирует Кэт.
– Ньюхолл пострадал? – лицо Марен напрягается. – Это небольшая деревня на реке Стоунвотер, примерно в половине…
– Я знаю, где находится Ньюхолл, – перебивает Дегренси, явно готовый отделаться от нас побыстрее. – По данным утреннего отчета, он по-прежнему стоит.
Плечи Марен опускаются, и Кэт хватает ее за руку.
– А как насчет мирных жителей Поромиэля? – спрашивает Трегер. – Вы, – он вздрагивает, – предлагаете им убежище?
Дегренси медленно качает головой.
– У нас строгий приказ никого не впускать, пока не изменится что-то в переговорах, но мы пересекли границу и сражались с вашими людьми до тех пор, пока орда не ушла вчера.
– Мы вам благодарны, – говорит Кэт. – Не каждый поступил бы так же.
Он кивает.
– Для прозрачности не ждите от остальных дружелюбия, особенно от всадников. Этот потенциальный союз не слишком популярен, – подполковник Дегренси обращает свое внимание на меня. – Мы все были опечалены, узнав о гибели твоей матери. Она была выдающимся командиром.
– Спасибо. Она гордилась этим, – я поправляю лямки рюкзака на плечах, чтобы было чем занять руки.
Он кивает.
– Сделай мне одолжение и попроси своего дракона не попадаться на глаза. Вы оба – грозное оружие, но вы также представляете собой огромную мишень. Враг может увидеть в этом возможность для массового нападения и выбить вас обоих из наших рядов, а мы не можем позволить себе достать еще больше кинжалов из оружейной, если хотим сохранить защиту. Мы мало что можем сделать, если его уже заметили, но давайте избегать дополнительных возможностей.
– Да, сэр, – отвечаю я.
– Подполковник! – кричит от ворот всадник в пыльной кожанке. –Вы нам нужны!
Дегренси качает головой, глядя на всадника, а затем снова смотрит на нас.
– Послушайте, меня не волнует, чем вы разозлили Аэтоса; я слишком занят войной, чтобы заниматься воспитанием курсантов, – он жестом показывает на беспорядок вокруг нас. – Так что найдите любое место, какое сможете, и лягте. Отдохните немного. А потом приносите пользу, где сочтете нужным, – он слегка, но заметно прихрамывает, когда покидает нас и направляется к воротам.
На нас бросают несколько вопросительных взглядов проходящие мимо солдаты и всадники, а некоторые и вовсе настроены враждебно.
– Как же мы будем спать, зная, что большинство этих всадников с радостью всадят нам ножи в спину? – спрашивает Марен.
– Мы можем дежурить, – предлагает Трегер, выдергивая из своих светло-коричневых волос пушинку. – Как только я немного посплю, я предложу помощь лекарям.
– Если они согласятся, – замечает Кэт, скрещивая руки на груди, когда капитан в черной форме всадника смотрит в нашу сторону с другого конца двора. – В благодарность они, наверное, всадят тебе нож в спину.
– Вайолет? – Ри смотрит в мою сторону. – Ты знаешь эту заставу лучше, чем кто-либо из нас.
Мой взгляд скользит к юго-западной башне, и усталая улыбка растягивает мои губы. Даже находясь за сотни миль от меня, он все еще заботится обо мне и даже не подозревает об этом.
– Я знаю, где мы будем в безопасности.
***
Я не могу найти ее. Паника охватывает мое сердце, когда я выбрасываю предметы из деревянного сундука у изножья моей кровати с балдахином, с каждой минутой все больше и больше отчаяния.
Она должна быть здесь.
Синее пламя, врывающееся в окна моей комнаты, обжигает мне лицо, а взрыв отбрасывает меня назад. Я врезаюсь в зеркало в полный рост, и стекло сыплется вниз, задевая мою макушку. Я бросаюсь на колени и ползу к сундуку, когда огонь охватывает мои занавески и в коридоре позади меня раздаются крики
Паника угрожает охватить мои мышцы. У меня нет времени, но я не могу их бросить. Они – все, что у меня осталось.
Каждый дюйм – это борьба, мое тело отказывается подчиняться простому приказу
– Что ты делаешь? – кричит кто-то позади меня, когда я добираюсь до сундука, но я не могу позволить себе повернуться, пока не найду ее. Подушки, запасное одеяло, книги, которые отец прислал, – все это я выбрасываю в огонь, как жертву, зарываясь в бездонный сундук.
– Мы должны идти! – Кэт опускается на колени рядом со мной. – Они уже заняли зал. Нам нужно лететь!
