Ониксовый Шторм полностью

– У тебя там есть близкие? – тон майора смягчается, в ее взгляде появляется жалость.

Марен сжимает губы между зубами и кивает.

– Туда бежала ее семья, – отвечает Кэт. – Это не более чем в получасе лета отсюда. Мы летим?

– Мы ? – капитан смотрит на каждого из нас, останавливаясь на моей косе, прежде чем обратиться к Кэт. – Мы почти не спим и уже потеряли одного всадника на этой неделе. Половина нашего отряда патрулирует на севере, а другая перегорела, так что, как бы сурово это ни звучало, – он бросает на майора взгляд, который я не могу расшифровать, – деревня слишком мала, чтобы рисковать новыми потерями для отряда.

У меня перехватывает дыхание.

– Значит, мы просто оставим их умирать? – голос Трегера повышается. – Почему? Потому что они поромиэльцы?

– Не потому, что они поромиэльцы. А потому, что мы не можем помочь, – слова майора становятся все короче. – Не все из нас владеют молнией, – она смотрит на меня. – Если мы хотим спасти поселки, города, более густонаселенные районы, то, к сожалению, война – это осознание того, что мы потеряем некоторые деревни. Если вы не усвоите стратегические концепции на третьем курсе, то уж точно быстро научитесь после выпуска, – пара обходит Марен и Кэт, их шаги становятся тяжелыми, когда они уходят.

– Если кто-то из нас останется жив к тому времени, когда они закончат обучение… – голос капитана затихает.

– Моя семья там, – шепчет Марен, ее лицо морщится. – Почему мои родители не уехали на юг, когда Золия пала? В Кордине они были бы в безопасности. Или они могли бы вернуться в Дрейтус.

– Шшш, – Кэт гладит Марен по руке. – Я уверена, что они выберутся.

Марен яростно трясет головой.

– А что, если они уже мертвы?

Мой желудок вздрагивает, когда я смотрю на Ри.

– Мы с Тэйрном сможем долететь быстрее, чем за полчаса, если отделимся от отряда.

– Не то чтобы мы не видели битв, – добавляет Кэт. – Мы пробивались из Клиффсбейна.

Ри напряглась.

– Аэтос задействовал восьмую статью, так что юридически мы чисты, но есть так много неизвестных, – шепчет она про себя. – Количество вэйнителей? Виверн? Но гражданские…

– Слушайте, сражение будет, только если мы его устроим, – Ридок смотрит на летунов. – Сужаем рамки миссии. Мы забираем семью Марен. Спасаем столько гражданских, сколько сможем и уходим.

– Не зная, с чем мы столкнемся, мы не можем просто… – начала Ри.

– Мы защищали Басгиат, – огрызается Кэт.

Ри захлопывает рот.

Если бы Мира и Бреннан были в опасности, я бы пошла, особенно с тем кошмаром, который так свеж в моей памяти, но есть причина, по которой командир отряда Ри, а не я.

– Голосуем, – предлагаю я. – Я понимаю – приказ о нашем отправлении в зону боевых действий может привести к катастрофе, а мы всего лишь курсанты, так что голосуем. Именно так мы поступили в Рессоне.

Никто из нас не упоминает, что Лиам и Солейл не вернулись домой.

Ри кивает.

– Кто за… – все руки поднимаются, включая ее. Она вздыхает. – Ну, Дегренси сказал нам быть полезными. Так давайте же будем полезны.

Погода – единственный великий уравнитель в битве, одинаково пагубный или благоприятный для обеих сторон в зависимости от условий. Если мы не владеем этим элементом в своих силах, мы отданы на его милость.

– Майор Констанс Кара. Тактика, современное руководство по воздушному бою

Через сорок минут солнце скрылось за горизонтом, мы с Тэйрном пролетаем между заснеженными хребтами, спускаясь на тысячи футов в более теплую долину, где протекает река Стоунвотер. В это время года солнце всегда садится слишком рано. Сила гудит в моих венах, с каждым ударом сердца она то убывает, то исчезает. Я уже почти забыла, насколько дикой кажется магия за пределами чар, насколько доступной. Сила Тэйрна кажется бесконечной, глубже океанов, которые я никогда не пересекала, шире бескрайнего неба над нами.

– Маэс видела, как мы улетали, – предупреждает Тэйрн, складывая крылья. Мой желудок вздымается, когда он падает, следуя вдоль ландшафта с тошнотворной скоростью. – Она передает приказ немедленно вернуться.

– Ты можешь ее игнорировать? – мы опережаем остальных драконов на пять минут, а грифонов, которые летят с Андарной, несмотря на мои просьбы остаться – на десять.

– Я не подчиняюсь Маэс, – он выравнивается над рекой, заметный попутный ветер помогает ему поддерживать скорость. Его крылья бьют так близко к порогам, что я наполовину ожидаю почувствовать плеск воды, когда мы свернем за поворот. Через несколько месяцев эта река станет самой коварной на континенте, когда начнется весенний сток, и к этому добавится непредсказуемая погода, вызванная резкой сменой высоты над уровнем моря.