Ониксовый Шторм полностью

– За то, что не убила вас, конечно, – темная колдунья откидывает голову в сторону и окидывает меня оценивающим взглядом, а затем останавливается в десяти футах от нас. Алые прожилки возле ее глаз напоминают маскарадную маску, которую дополняет выцветшая татуировка на лбу, а красное свечение вокруг ее радужки на десять тонов ярче, чем у Джека. Мудрец, вероятно… может быть, даже Мавен, и если бы не физические признаки ее потерянной души, она была бы потрясающе красива, с высокими скулами и полным ртом, но ее кожа жутко бледная. – Хотя, должна сказать, я разочарована, что вас так легко выманить из-за ваших чар, – она смотрит на меня. – Жаль, что семья девушки подняла на меня оружие, иначе они могли бы выжить, – она бросает предостерегающий взгляд на Гаррика, но тот не опускает меча.

Семья девушки… Мои руки сжимаются в кулаки.

– Ты убила семью Марен? – камень и лед хрустят под моими сапогами, когда я делаю два шага к ней. – Чтобы заманить меня сюда? – злость сворачивается у меня в желудке.

– Только родителей, – она закатывает глаза. – Я оставила мальчиков в знак доброй воли, хотя ты не можешь сделать то же самое с моими вивернами, не так ли?

– Доброй воли? – восклицаю я. Марен будет разбита.

– Вайолет, – предупреждает Гаррик, но идет со мной шаг в шаг.

– Поосторожнее с тоном, заклинательницс молний, – темная колдунья щелкает запястьем, и Гаррик поднимается в воздух в тошнотворном повторении каждого из моих кошмаров. Его меч падает на землю, и он хватается за горло. – Ты мне любопытна. Я даже признаю, что хочу, учитывая всю эту силу, не говоря уже о том, что ты – эффективный поводок. Но он? – она качает головой, и Гаррик начинает брыкаться.

Поводок . Именно так Джек меня и назвал. Она знает о Ксейдене.

– Отпусти его! – я достаю еще один кинжал и отбрасываю в сторону все намеки на страх. С Гарриком ничего не случится пока я жива. – Может, это и не убьет тебя, но будет чертовски больно.

– Давай не будем сравнивать оружие, – она достает нож, засунутый в пояс ее лиловой мантии, и показывает зеленый кончик, от которого у меня на мгновение перехватывает дыхание. – Наши пути слишком переплетены, чтобы начинать их с такой вражды. Я знаю: ответь на один вопрос, и я верну ходячего на землю. По-моему, это вежливое начало наших отношений, не находишь, Вайолет ?

– Задавай, – я чувствую, как Андарна дергает за нашу связь, настороженная и, надеюсь, не приближающаяся к нам. – Предупреди остальных.

– Они идут, – разочарование подтачивает ее слова.

– Для тебя жизнь его друга важнее информации. Интересно, – она вставляет нож обратно в ножны. – Кстати, я Теофания. Думаю, будет правильно, если ты узнаешь мое имя, раз уж я знаю о тебе все, Вайолет Сорренгейл.

Чертовски великолепно.

– Благодаря Джеку? – это единственное логичное объяснение.

Она пожимает плечами в пренебрежительном жесте, который напоминает мне герцогиню Моррейна.

– Связать одного дракона – это… завидно. Вся эта сила просто досталась тебе, – ее рот поджимается. – Но два – это неслыханно. Разве ты не самая счастливая девушка на континенте? А может, это я, которая оказалась рядом и заметила твоего дракона с хвостом в виде утренней звезды?

– Это действительно твой вопрос? – ногти впиваются в ладони, а Гаррик брыкается все отчаяннее.

– Просто наблюдение, – ее взгляд переходит на Гаррика. – Для верности, – она поворачивает руку, и Гаррик падает на землю рядом со мной, хрипло дыша. – А теперь скажи мне, кто выбрал тебя первым? Тот, кто подарил тебе силу неба? Или ирид?

В надежде и волнении, которые вызывает это новое развитие связей между драконами, грифонами и их людьми, я задаюсь вопросом, кто задумывался о природе магического равновесия. Не рискуем ли мы в равной степени возвысить те самые силы, которыми стремимся овладеть?

– Восстановленная переписка Нирали Илана, главнокомандующего крепостью Клиффсбейн, с Лирой Микель, заместителем главнокомандующего военного лагеря Басгиат

– Ирид? – я моргаю и очень стараюсь сохранить лицо пустым.

– Да, твой ирид, – Теофания осматривает небо, затем пейзаж позади нас, пока Гаррик, пошатываясь, поднимается на ноги с мечом в руке. – Некоторые не верят, но я узнала, как только ученые в кремовых мантиях зашептали о седьмой породе в вашей военной академии. Жаль, что мне пришлось уйти так внезапно. Никого из них не видели уже несколько веков, а я так надеялась… увидеть ее, – она заканчивает фразу как угрозу и переводит свой пунцовый взгляд на меня.

Андарна. Ужас пробегает по позвоночнику, и в голове становится легче.

– Ирид, – шепчет Андарна. – Да. Теперь я вспомнила. Так называют мой род. Я – иридский жалохвост.