Ониксовый шторм полностью

– Ага. – Сойер встал и посмотрел на левую переднюю лапу Слизега. Красный мечехвост был меньше Сгаэль, но, если учесть, что собирался проделать Сойер, когти дракона все равно казались громадными. – Его чешуя в этом ряду не перекрывается. – Он указал вверх. – И в теории крюк просто должен цепляться за верхнюю часть каждой чешуйки, пока я поднимаюсь, но я не могу забраться, не сверзившись…

Слизег поднял над нами голову и выдохнул струйку пара, которую мне придется вытирать с моих очков. Проклятье. Было еще слишком рано для такой липкости.

– Я не о тебе говорил, – возразил Сойер. – Мы же уже обсуждали с тобой узор твоей чешуи, и тебе вовсе не нужно…

Слизег выдохнул очередную струю пара, и мое лицо обдало жаром. Если он добавит еще немного температуры, я заработаю ожог.

Тэйрн выступил вперед и наклонил голову к Слизегу с таким выражением, какого я бы никогда не хотела видеть в свой адрес.

Андарна быстро повторила движение Тэйрна.

– Потому что я не хочу, чтобы тебе приходилось это делать! – крикнул Сойер.

Слизег нехорошо прищурился в ответ.

Это был бы действительно нелепый способ умереть.

«Он не посмеет», – предупредил Тэйрн.

– Просто дай мне попробовать, – упрямо заявил Сойер.

Слизег оскалился.

Сойер оскалился в ответ.

«Я никогда не пойму отношений других всадников со своими драконами», – заявила я по связи.

Я едва понимала свои собственные, но, похоже, моя тактика максимально не трогать Андарну работала, раз уж она была здесь. Хотя она едва ли могла переждать здесь все время нашей ротации в Аретии, но я сочла ее появление своей победой.

«А тебе и не нужно их понимать», – заметил Тэйрн.

– Ну, поехали. – Сойер повел плечами и бросился к когтю Слизега.

Он успел сделать два шага, прежде чем носок его ботинка застрял в грязи, и Сойер рухнул лицом вниз.

Проклятье. Я рванула за ним, схватилась за его рюкзак и потянула на себя обеими руками, возвращая Сойера в вертикальное положение, прежде чем он успел изваляться в грязи полностью. Мои плечи предательски захрипели, но суставы оказали мне любезность и обошлись без вывиха.

– Спасибо… – пробормотал Сойер, уставившись на ботинок. – Видишь?

– Вижу. – Я присела, чтобы осмотреть устройство вблизи. – Ты можешь нажать на рычаг ногой?

– Теоретически, – ответил он. – Но, возможно, он немного маловат для этого. А у меня нет времени вносить в конструкцию какие-то изменения перед сегодняшним перелетом.

– Давай тогда попробуем как есть. Ты можешь доработать его в Аретии. Никто из нас не хочет оставлять тебя здесь. – Грязь чавкнула у меня под ботинками, когда я поднялась на ноги. – Бежать же ты можешь?

Сойер кивнул:

– Я бы не стал это пробовать, если бы не мог бегать. Однако моя походка не такая, как раньше, я не могу сгибать ногу под нужным углом. Мне просто не хватает ловкости, чтобы взбегать по всей длине его лапы, как я привык.

– С этим можно поработать. – Я тоже кивнула. – Как тебе такой вариант? Ты бежишь точно так же, как раньше, а когда начинаешь чувствовать, что тебе не хватает инерции и ты вот-вот упадешь, дергаешь за рычаг и карабкаешься оставшуюся часть пути?

Сойер покосился на меня:

– Ты прошла так Полосу, не так ли?

– Типа того. Я дождалась, пока не стала заваливаться, после чего воткнула кинжал в древесину и подтянулась наверх. Но я почему-то сомневаюсь, что Слизег оценит данный подход. – Я еле заметно ухмыльнулась.

Слизег фыркнул, на этот раз обойдясь без пара, в подтверждение моих слов.

– Я попробую. – Сойер захлопнул рычаг и кивнул. – Ну, поехали.

Он бросился бежать, а Слизег максимально выпрямил лапу, чтобы облегчить ему подъем. Длинные ноги Сойера легко преодолели первые несколько десятков футов, но затем его продвижение замедлилось, и я затаила дыхание.

Где-то на полпути Сойер пнул рычаг и прижался к лапе Слизега, его нога несколько мгновений, на время которых у меня замерло сердце, искала места для захвата и нашла его.

– Получилось! – крикнула я. – Теперь карабкайся!

Левый ботинок держался, как и было задумано, но вот правый соскальзывал, оставляя полоски грязи на красных чешуйках Слизега.

Моя грудь сжалась от боли, когда Сойер попытался снова, затем еще раз, но все с тем же результатом.

– Проклятье! – крикнул он и прижался лбом к лапе Слизега.

«Я могу расправить хвост и поднять его», – предложила Андарна, подобравшись поближе.

Теперь мое сердце сжалось по совершенно другой причине. Это была ее первая положительная реакция с самого нашего возвращения.

«Это очень достойное предложение», – сказала я ей, после чего озвучила его Сойеру.

– Нет! – воскликнул он. – Спасибо, но нет.

Слизег глухо зарычал, а я продолжала беспомощно стоять на месте, зная, что ничем не могу помочь.

– Потому что это не то же самое, – полным разочарования голосом возразил Сойер, и я поняла, что он говорит не со мной. – Ты и так рискнул ради меня, и я не могу просить тебя обесчестить… – Он запнулся.