Я обхватила его ногами и целовала со всем томлением, что копилось во мне в последние недели. Он всосал мой язык к себе в рот – и я всхлипнула, чувствуя, как жар приливает к коже и кипятит мой разум.
– Я люблю тебя, – сказал он в мои губы, двигаясь на мне.
– Я люблю тебя. – Признание оборвалось на резком вдохе, когда я почувствовала, как у него стоит на меня. Мои руки скользнули по его мускулистой спине под летной курткой. – Мне тебя не хватает.
– Вайолет, – простонал Ксейден, и его руки схватили мои, прижали к кровати над головой… нет. Не руки.
Тени.
У меня перехватило дыхание. Он удерживал меня в более чем добровольном плену, покрывая поцелуями снова и снова, – пьянящий коктейль нужды и властности в паре с решительной сдержанностью.
Он провел тыльной стороной пальцев по моей шее – и от чистейшей электрической похоти, пронзившей тело, по мне пробежали мурашки.
– Проклятье, у тебя такая мягкая кожа.
Мой единственный ответ – всхлип, потом – стон, когда за пальцами пришли губы.
Ксейден провел пальцами по моему телу, схватил меня за бедро…
И скатился с меня так быстро, что чуть не увлек за собой, и я осталась, задыхаясь, таращиться в потолок.
– Блядь. – Он забросил руку на лицо, пряча глаза. – Прошу, смилуйся и скажи что-нибудь… что угодно, только отвлеки от того, как охуенно тебя чувствовать.
Я моргнула, пытаясь заставить мозг заработать, и мягкие ленты теней отступили, освобождая мои запястья. Сердцебиение замедлилось достаточно, чтобы пропустить в голову ползучую логику, и я сунула руки под подушку, чтобы не дать им тянуться к нему.
Книга.
– Папа оставил мне письмо. Он хочет, чтобы я отправилась в Деверелли.
Ксейден развернулся ко мне, и я медленно повернула голову навстречу, встретившись с ним глазами.
– Тогда летим.
Мне не хватало тела, чтобы вместить всю любовь к этому человеку.
– Придется полететь, притворяясь, будто мы ищем род Андарны – и думаю, его-то он и имел в виду, но могу и ошибаться. Сперва надо прочитать его черновик.
Он нахмурился:
– Ты же все еще веришь, что мы должны искать на островах, да?
Я кивнула.
– Тогда, похоже, мы можем убить двух зайцев.
Я чуть ощутимо провела языком по набухшей верхней губе:
– Чтобы искать на островах, нужна аудиенция с королем, а для этого придется и выйти за пределы чар, чтобы найти для короля Деверелли артефакт, и обратиться за помощью к Холанду, так что выбор не самый простой…
– Простой. Если бы мой папа оставил мне письмо… – Ксейден приподнялся на локте. – Можешь сколько угодно рассказывать про то, как это плохо, и все равно я скажу: летим.
– Артефакт находится на захваченной земле.
Он напрягся:
– А если я попрошу тебя остаться здесь, в тепле и уюте, пока быстренько слетаю сам?
Я покачала головой.
– М-да. Так я и думал. – Он вздохнул. – Ну, хотя бы будет возможность оценить, как мы слетаемся с отрядом Грейди. Когда хочешь отправляться?
– Как можно скорее.
Через четыре дня наша стая из восьми человек – теперь включая Миру благодаря королевскому слову Холанда – пересекла границу у Сэмарры, и магия тут же выпорхнула из клетки чар. Энергия разрасталась во всех направлениях, хлестала вокруг меня потоком, маня поиграть… или разрушить. Кожу так и щекотало, когда мы опустились в долину Эсбен, и меня охватило странное желание выхватывать пряди из самого неба и плести руны.
Я сжала руки на луке седла, когда Тэйрн выровнялся над речным берегом, держась теней, подаренных пасмурной ночью. Я была готова поклясться, что у меня теперь вечный синяк под грудной клеткой от попыток уснуть в седле. Ему не помешают дополнения перед тем, как мы вылетим в Деверелли.
