Сразу карты на стол. Отсутствуют причины для лицедейства, всё равно теми или иными способами я выжму из Льва Давидовича нужные сведения и материалы. Я это знаю. Он тоже понимать должен, что миндальничать с ним ни посланники от Сталина-Джугашвили не собирались, ни я не стану.
– Кто меня убьёт? – криво усмехается. Понимая и принимая очевидное.
– РОВС.
– Вторая попытка станет удачной. А имя, звание?
– Александр Борисович фон Хемлок, скрывающийся под маской ценного сотрудника ОГПУ и орденоносца в звании начальника оперативного пункта.
Недовольно кривится, уж не знаю по какой причине. Оно и неважно. Внимательно смотрю на человека, который был одним из главных разрушителей Российской империи и причинившего множество бедствий всему русскому народу. Сила духа тут действительно есть, невзирая на то, что тело уже однозначно едва-едва держится. Последствия того, первого покушения, осуществленного людьми генерала Туркула. Протез вместо кисти левой руки, шрамы на лице… всё это след от взорвавшейся бомбы во время его пребывания в Турции, на Принцевых островах. С тех пор малость оправился, но явно не до конца.
– Убивай, мне молиться перед смертью не надо.
– Зато исповедаться придётся, – оскаливаюсь я. – Мне. Грехи не интересуют, в отличие от архива, счетов в банках и предсмертных записок. Сделаешь, что велят – твои сыновья останутся жить.
– Не ваши методы… Пугаешь.
– Про «отрезателя голов» слышал? – кивает. – Это хорошо что прессу почитываешь. Собственно, уже познакомились. Вот теперь и подумай, какие мои методы могут быть. Лично обе головы упакую и, перевязанные красивыми ленточками, в людных местах оставлю. Теперь веришь?
Вот сейчас верит, сразу чувствуется. А то ишь чего выдумал про «не ваши методы». Времена меняются, а вместе с ними и люди. С вами многие уже пробовали сражаться по правилам чести… и ошиблись. Правы были лишь такие генералы как барон Унгерн, Манштейн, Кутепов, из ныне живых Туркул и его сторонники.
– Считаю, что мы с тобой договорились. Архив тут или в банковских сейфах?
– Тут часть, остальное в копиях. Большая часть подлинников в банковских сейфах.
– Хорошо. Теперь деньги. До вкладов в США мне явно не добраться, там тебя слишком хорошо знают и посторонним людям не выдадут. Бес с ними, тут пока не дотянуться. Зато тут, в Швейцарии, ты, Лев Давидович, на безликих счетах добро хранишь. Вот их полностью отдашь. Напишешь номера счетов и пароли к ним.
Кривится, корчится, но не возражает. Понимает, что это отдать по любому придётся. А там очень, очень много. Помню я статьи от двадцать первого года в «Нью-Йорк Таймс», этой влиятельнейшей американской газете, которые были посвящены лидерам большевистской партии и их безудержному обогащению за счёт рухнувшей империи.
