– Да, – сказал он хриплым голосом, – я слышал. Но при чем тут Лемюэль Крил?
– Ну как же, – небрежно отозвался Херд, – говорят, Аарон Норман и был Крилом.
– Может, был, а может, и нет. Сам я не знаю, – последовал грубый ответ.
– А, так вы не знали Лемюэля Крила?
– Да знал, – неохотно признался капитан. – Знал. Он был хозяином этого здешнего паба и пьяницей. Боже, как же он пил! Но он сбежал от своей жены, которая держала эту лачугу, и она больше никогда о нем не слышала.
– Пока не обнаружила, что он богат и может оставить ей пять тысяч в год, – рассеянно сказал Херд.
– Вы, кажется, все об этом знаете, мистер? – нервно спросил шкипер.
– Да, я читаю газеты. Странное дело эта смерть. Я думаю, что было бы правильно, если бы его задушили, поскольку он точно так же убил леди Рейчел Сандал.
Джессоп, положив руки на подлокотники кресла, отодвинул его назад и уставился на сыщика с побелевшим лицом.
– Вы и об этом знаете? – выдохнул он.
– Почему бы и нет? Об этом здесь все только и говорили двадцать лет назад. А вы здесь, насколько я понимаю, уже около тридцати лет, – небрежно продолжил Билли. – Возможно, вы помните это дело.
Джессоп вытер лоб.
– Я что‐то слышал об этом. Что леди покончила с собой.
– Я знаю, что говорят, но я хочу знать, что скажете вы?
– Я не потерплю никаких вопросов! – сердито крикнул капитан.
– Не повышайте голоса, – спокойно сказал сыщик, – мы можем вести этот разговор вежливо.
– Разговор окончен, – заявил Джессоп дрожащим голосом и, пошатываясь, поднялся на ноги, быстро трезвея под влиянием смертельного страха. Херд не пошевелился, когда он пересек комнату, но на всякий случай проверил, лежит ли ключ у него в кармане. Моряк попытался открыть дверь и понял, что она заперта. Он обернулся к сыщику, разразившись нецензурной бранью, и оказался перед направленным на него револьвером.
– Садитесь, – спокойно сказал Херд. – Возвращайтесь на свое место.
Джессоп с вытаращенными глазами и раскинутыми руками попятился к стене.
– Кто вы такой? – с трудом выдавил он.
– Возможно, это будет ответом, – сказал Херд и бросил на стол ордер на арест. Капитан, все так же шатаясь, шагнул вперед и посмотрел на документ. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что это, и он со стоном опустился на стул, оставив ордер на столе. Билли сунул бумагу в карман, опасаясь, что Джессоп может уничтожить ее, но моряк, казалось, решил сдаться без борьбы.
– А теперь, когда мы поняли друг друга, – сказал Херд, убирая оружие, – я хочу поговорить.
– Я ничего не скажу, – свирепо заявил Джессоп.
– О нет, думаю, скажете, иначе я могу доставить вам неприятности.
– Вы не можете меня арестовать. Я ничего не сделал.
– Может быть, так оно и есть, но арестовать вас я могу, и вы уже арестованы. Завтра утром вы отправитесь в Лондон под присмотром полицейского в штатском, а я – в Стоули.
– К моей лачуге. Нет, будь я проклят, если вы это сделаете!
– Я не пойду в вашу лачугу, – сухо возразил Херд, – хотя, возможно, сделаю это позже. Мой первый визит будет к тому старому процентщику. Думаю, если я опишу вас, а вы довольно заметный человек, капитан Джессоп, он узнает того, кто заложил ему брошь в виде опаловой змеи вскоре после смерти леди Рейчел Сандал, которой принадлежала упомянутая брошь.
– Это ложь, – хрипло сказал Джессоп, уже достаточно трезвый.
– Конечно, и, возможно, то, что человек, похожий на вас, пытался получить некоторые драгоценности от адвоката по имени Пэш, тоже ложь…
Тут капитан потерял самообладание, которое он отчаянно пытался сохранить, и поднялся на ноги, бледный и внезапно осунувшийся.
– Кто вы? – крикнул он. – Кто вы?!
– Разве в ордере не написано? – ничуть не смутившись, ответил его собеседник. – Меня зовут Билли Херд. Я детектив, расследующий дело об убийстве Нормана. И я давно вас ищу, мистер Джессоп.
– Я ничего об этом не знаю.
– Знаете, знаете, так что садитесь и рассказывайте.
– Я проломлю вам голову! – закричал капитан, размахивая своими огромными кулаками.
– Попробуйте. – Херд поднял револьвер, но остался сидеть. – Рискните получить пулю в лоб. Фу, не будьте же дураком. Я стараюсь сделать все как можно проще. Поднимете шум, и я сдам вас полиции. Ночь в деревенской тюрьме охладит вам кровь. Садитесь, говорю вам.
Матрос оскалил зубы, как рычащая собака, и, казалось, собирался ударить сидящего сыщика, но внезапно передумал, прекрасно видя, в какой опасности находится, упал в кресло и, закрыв лицо руками, громко застонал. Херд убрал револьвер.
– Так‐то лучше, – любезно сказал он. – Выпейте немного рома и расскажите мне все, что знаете.
– Я невиновен, – простонал Джессоп.
– Каждый человек невиновен, пока его не осудит суд присяжных, – спокойно ответил Билли. – Считайте меня присяжным, и я рассмотрю ваше дело, когда все выслушаю. Вы невиновны в обоих убийствах?
– Леди Рейчел покончила с собой, – сказал Джарви, поднимая осунувшееся лицо. – Да, такое мое мнение, сэр. А что касается смерти Крила в Лондоне, то я его не трогал, клянусь, не трогал.
– Но вы видели его в тот вечер?
– Как вы можете это доказать?
