– Толстяки, ну-ну, – весело взъерошил волосы Амикар, – это даже интересно. Представляю, как вытянутся их физиономии! – За болтовней он не переставал крутить-вертеть Протуберанец, усыпанный самоцветами. Он то держал его кончиками пальцев за острие, то ловко переворачивал, удерживая за рукоять.
И Лекс снова стыдливо отвел взгляд. Ситуация была – хуже некуда.
«Надо срочно что-то придумать с кинжалом… Забузз бы побрал этого Журиса – вот ведь свинья!» – в который раз мысленно обругал он щуплого послушника.
В трапезной было светло, шумно и очень уютно – всюду горели светильники, за окнами же нависали серо-фиолетовые глыбы туч. За длинным столом собрались почти все послушники.
Во главе стола сидел светловолосый мастер Винарий. По обеим сторонам от него восседали кураторы: слева – важный Торрикс, справа – не менее серьезный Бранго. Чуть поодаль от небритого мага Лекс заметил и Нефлинга с Гунтасом: они оживленно болтали с Киганом и Марицем. Дежурные уже разносили суп и второе.
– Опять опаздываете! – пожурил друзей Бранго. – Если так и дальше пойдет, послушники, вас придется оставлять без трапезы, учтите!
Лекс неловко кашлянул – он ожидал, что куратор вспомнит о вчерашнем казусе с сулёгой, но тот ничего не сказал.
А Джертон шепнул друзьям:
– Сразу видно, что Куддар его проработал. Поверьте на слово, Бранго так просто не унимается!
И друзья, болтая, двинулись к столу. На этот раз места им достались рядом с недругами: Талк устроился рядом с Марицем, а Джертон и Лекс – через одного послушника от толстяков.
Когда Саня прошел мимо Нефа и Гунта, те завыли:
– Фу-у, кто идет, Неф, кем это пахнет? – пробасил Гунтас, давясь от смеха.
И светловолосый Нефлинг, зажав нос, прогнусавил:
– Фу, Лексюк, чеши быстрее и подальше, подальше от нас!
Мариц, Киган и другие затряслись от смеха. Лексу же пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не отомстить мерзавцам прямо сейчас! Талкин насыпал горох им в капюшоны, и, чтобы раздавить его, толстяков надо было похлопать по спине.
– Ой, Лексюк, проходи быстрее, несет-то как! – снова загундосил Нефлинг, а Гунт, заметив, что Лекс уселся почти рядом, замахал руками.
– Посмотрите, куда он сел, ребята… это катастрофа! – И толстяки под хохот Кигана и Марица закатили глаза, поочередно исторгая рыгательные звуки в сторону Белова.
– Болваны! Сейчас поглядим, от кого вонять будет, – процедил Саня, красный от злости.
– Спокойнее, старина, стоит ли переживать из-за пустяков? – шепнул ему Джертон.
– Не понимаю, почему Бранго не пытается их остановить, – проворчал Лекс, стараясь не смотреть на толстяков, которые принялись сдвигаться в противоположную сторону, стараясь подальше отодвинуться от Белова. Это вызвало новый приступ смеха у Кигана и Марица.
К тому же Арматони принялся пересказывать о том, как утром столкнулся в подземельях с Саней:
– Он как ошалелый мчался за мной и требовал, чтобы я отчитывался перед ним…
– Отчитывался? – изумился пижон Киган. – Что-то наш Лексюк совсем охамел!
– И как ты только от него сбежал, Мариц, – загудел Нефлинг. – От Лекси же за километр несет, бр-р… У меня аж аппетит пропал. Лучше не буду ничего есть!
В это время Бранго таки соблаговолил обратить внимание на толстяков.
– Дети мои, нельзя ли потише? – высокомерно заявил он, держа вилку с кусочком отбивной у самого рта.
– Да-да, конечно, – с нарочитой готовностью закивали толстяки и, отвернувшись от Бранго, принялись демонстративно надувать щеки и всячески передразнивать куратора.
Лекс смотрел на это с отвращением. Почему-то раньше, дома, его подобные выходки не только не раздражали, но, наоборот, веселили – во всяком случае, он чуть не падал со смеху, когда близнецы Морозовы начинали передразнивать преподавателей или неловкого Гошку Клюшкина. На этот же раз Саня сам оказался в роли Гошки, и ему это все определенно не нравилось.
В эту секунду к нему подошел Абио с подносом.
– Ты уже доел суп? – приветливо спросил он.
И Лекс вздрогнул, вырвавшись из гущи размышлений.
– Что?
– Будешь второе? – дружелюбно спросил худенький послушник.
Со стороны толстяков вновь послышались смех и возня.
Абио обернулся и покачал головой:
– Не обращай внимания, Лекс, в следующий раз садись к нам, хорошо?
– Не обращаю, не обращаю, – кивнул тот и принялся вылезать из-за скамьи – хватит с него, пора проучить толстяков!
Однако его поймал за рукав Джертон:
– Давай дождемся десерта, – шепнул он, – а то мастера в два счета поймут, кто виноват. Тут хитрее надо!
Но Саня мотнул головой:
– Поймут, не поймут – плевать! Накинут мне еще неделю на огороде – подумаешь! Пора проучить весельчаков! – мрачно заявил он, посматривая в сторону Нефа и Гунта, которые то и дело оглядывались на Белова и радостно ржали.
– Слушай, Лекс, давай лучше я, – засуетился с другой стороны стола Талкин.
– Я сам! – припечатал Саня и решительно двинулся к толстякам.
Неф и Гунт тотчас заметили поползновения Белова и даже приумолкли, с интересом поглядывая на него.
