Некоторое время Саня смотрел ему вслед. Парня грызли злость и досада, но хуже всего была эта сковывающая неловкость.
– Забузз раздери! – И Лекс со всей силы хлопнул ладонью по бугристой стене. – Что же мне делать! Что говорить Джертону?
Парень двинулся было к выходу, но на полпути остановился, прижавшись спиной к холодной каменной кладке.
«Надо что-то придумать… что-то придумать, – крутилось у него в голове. – Может, подменить клинок? Но как? Это же наградной кинжал, выкованный в Лаумите… Добыть подобный?» – Белов перебирал все возможные варианты, но ничего путного в голову не приходило.
«А может, снова попытаться проследить за Марицем и прижать его к стенке?» – в полном отчаянии думал Саня, уставившись в глубь коридора, туда, где был тренировочный зал Церсиуса.
В голове снова закрутились слова магистра об Арматони. Черт знает что! Неужто он и впрямь его учит? Но ведь позавчера никакого Марица у него в тренировочной не было! Притом что выскочка совершенно точно должен был там заниматься – Мариц ведь отпрашивался…
В эту секунду сзади послышались торопливые шаги. Белов обернулся, и сердце его подскочило к горлу: по коридору прямехонько за ним мчался… Мариц Арматони собственной персоной! Его золотая пряжка искрилась в отблесках светильников, за спиной языком пламени развевалась бордовая накидка. В руках он тащил охапку свитков и что-то бормотал себе под нос.
Саня, сам не зная почему, метнулся прочь, к лестнице в конце коридора, но было поздно.
– Эй, Лексюк, ты, что ли? – настиг его знакомый надменный голос, и Белов вздрогнул, однако виду не подал, двинувшись к лестнице. Сердце его так и грохотало в груди. А сзади загремели шаги.
– Эй, Лекс, решил игнорировать меня? – схватил его за плечо Мариц, и Белов остановился.
– А о чем мне с тобой говорить? – огрызнулся он. Последнее время Мариц его выводил из себя похлеще Кигана и компании.
Арматони насмешливо фыркнул, и Саня посмотрел ему прямо в лицо: отблески лампад глубокими тенями играли на бледном заостренном лице.
«Неужели магистр Церсиус действительно обучает этого пройдоху?» – в который уже раз мелькнула мучительная мысль у Лекса.
Однако вслух он спросил совсем другое:
– Ты куда идешь? На занятия?
– Ты что, головой ударился? – с усмешкой отозвался Мариц. – У нас сейчас утренний Рианон с магистром Гардоком. Или ты решил прогулять?
Лекс сглотнул: из-за возни с Журисом он совсем забыл про Рианон! Сердце у него забилось с удвоенной силой: не встреть он Арматони, так бы и пропустил его.
– Да подзабыл… – пробормотал Саня, пропустив мимо ушей оскорбительное «ударился головой».
– Тогда давай поторопимся, а то неохота мне с Гардоком связываться, – ухмыльнулся Мариц, и послушники помчались к лестницам.
– Слушай, а ты когда на свои ментальные искусства собираешься? – задыхаясь от быстрого бега, спросил Белов.
– Не сегодня, – бросил Мариц. В отличие от Лекса, он даже не запыхался, хотя шпарил куда быстрее его.
– А что так?
– А то! Я как раз с занятий, – ухмыльнулся Арматони, и Белова бросило в жар.
«Как это с занятий? – мысленно поразился он. – Церсиус же сказал, что Марица сейчас нет в тренировочной! Это что же, получается, магистр врал? Но зачем? Или он врал, что Мариц у него занимается? Но тогда тем более – зачем?!»
– Э… надо же, да-а… – промямлил Лекс, стараясь собраться с мыслями. Вся эта история с ментальными искусствами порядком выбила его из колеи. Он не знал, что и думать, кроме одного – кинжал придется отдать. – Да… И как Церсиус?
– В полном порядке, – надменно улыбнулся Арматони. На бегу это смотрелось даже забавно. – Тебе приветов не передавал.
– Слушай, да мы десять минут назад были у него в тренировочной, – не выдержал Саня, – и тебя там не было!
– Мы? Кто это «мы»? – тут же насторожился Мариц, он даже сбавил ход. – Ты это о чем, Лекся?
– Церсиус сам сказал, что тебя сегодня не было! – Белов даже не обратил внимания на обидного «Лексю», так ему хотелось разобраться во всем этом бардаке. – Так что ты врешь! Ну, признайся, а? – На секунду Лексу зверски захотелось, чтобы Мариц действительно развел руками и покаялся, что нигде он не обучается.
Но Арматони об этом, разумеется, и не думал.
– А чего это ты или даже таинственные «вы» меня у Церсиуса искали? – пропустил он мимо ушей предложение признаться. – Что за чушь ты плетешь? Какое твое дело, где я учусь и чему?
В голосе Марица зазвенел металл – он остановился, испытующе посмотрев на Саню, так что тот даже смутился.
– Просто Бранго попросил. Ты забыл руны на каллиграфии… – забормотал он, ругая себя последними словами – из-за скотины Журиса и злополучного кинжала он таки проговорился!
– Руны? – удивился Мариц. – Так это когда было-то? Я уже и думать про них забыл.
– А вот он сказал, чтобы я тебе их отдал, – с облегчением выдохнул Саня – похоже, Арматони поверил.
– Оставь себе, – высокомерно махнул рукой тот. – На память. А чему, где и как я учусь, – в его голосе снова засквозила угроза, – ни тебя, ни кого другого не касается, понял, Лекс?
– Да ладно, Мариц, – поспешно кивнул Белов. – Просто все это странно как-то.
