И Саня удивленно воззрился на него – уж не ослышался ли он? Пергамент в обители на вес золота! Драгоценности и то дешевле: когда послушники отправились вышивать туники и плащи к празднику Посвящения, Торрикс, к изумлению Лекса и Талка, выдал им два ларца с драгоценными камнями – самоцветы так и сияли, играя радужными бликами.
С пергаментом же все было с точностью до наоборот: в библиотеку послушникам даже входить запрещалось. Рукописи и свитки выдавались лишь молодым магам. За порчу книги могли на неделю в Граук засадить или сослать на месяц-другой штрафных работ.
– Два свитка? – перепросил Лекс.
Бранго раздраженно кивнул:
– Два, я же сказал, два! И то, для тебя даже этого мало. Да подыщи себе перо получше! – С этими словами он протянул ошеломленному Белову ржавый ключ.
– В-вы мне ключ даете? – заморгал Лекс.
– Да уж не мольберт! – вышел из себя Бранго.
И Саня со всех ног бросился к выходу.
Однако у самых дверей его снова догнал куратор:
– Еще кое-что, послушник. Когда будешь на втором этаже, зайди в тренировочную магистра Церсиуса. Скажи Марицу, чтобы забрал свой пергамент. – И маг швырнул на стол свернутый трубкой свиток.
«Во дает Бранго – так просто доверить ключи от складской! – в шоке думал Саня. – Правда, Мариц еще хлеще учинил. Бедняга куратор!»
Лекс даже немного понимал его – попробуй тут сохрани лицо, когда послушник тебя при всех так унизил…
«Похоже, на Арматони вообще нет управы!» – раздумывал Саня, мчась по пасмурному коридору. Несмотря на то что день был в разгаре, вдоль стен горели канделябры, заливая галереи желтоватым светом.
Обычно куратор не то что ключи не давал, он вообще не пускал послушников в канцелярскую, особенно таких, как Лекс, Абио или Нефлинг с Гунтасом. За пергаментом и перьями ходили либо Мариц, либо его дружок Киган…
Саня в два счета нашел канцелярскую и вытащил два листа из большой стопки.
Надо сказать, за эти три недели он отлично освоился в Ордене, они с Талкиным изучили его вдоль и поперек. Единственное, где он пока плохо ориентировался, – это в подземельях, но под обителью тянулись настоящие лабиринты, в которых даже старожилы иногда путались.
Лекс запер канцелярскую и потрусил искать тренировочную магистра Церсиуса. В коридорах было пустынно, лишь изредка встречались молодые маги в бордовых мантиях, но Белова никто ни о чем не спрашивал. Хотя в такое время все послушники были или на занятиях, или на штрафных работах.
Тренировочную Церсиуса Саня нашел без проблем: полукруглые двери тускло поблескивали полосками железа, а изнутри доносились бубнеж и шаги. Несколько раз что-то звякнуло.
«Как бы взбучку не получить от Церсиуса – небось уже занимаются с Марицем…» – поежился парень, приоткрыв дверь. Первое, что ему бросилось в глаза, – это худая, точно жердь, фигура седовласого мага, у него был надменный взгляд и крючковатый ястребиный нос. И у Лекса ёкнуло сердце – магистр Церсиус!
Маг стоял на небольшом возвышении и что-то рассказывал, вернее, показывал столпившимся вокруг молодым магам. Лекс заметил, что между ладоней магистра билась-извивалась бело-голубая молния – ни дать ни взять настоящая электрическая дуга!
И Саня неловко кашлянул:
– Магистр Церсиус… извините, можно Марица на секундочку?
Седовласый маг обернулся, опустив руки, и «дуга» тотчас исчезла.
– Послушник? – с раздражением процедил он. – Чего тебе?
– Меня куратор попросил, – зачастил Лекс, – можно Марица на секундочку? Его мастер Бранго зовет, он забыл пергамент с рунами.
Однако Церсиус неожиданно нахмурился:
– Мариц? Какой еще Мариц?
– Ну, этот… Арматони! Куратор Бранго сказал, что он забыл свиток с рунами, а мне велел…
– И при чем тут я? – Церсиус посмотрел на Белова с таким недоумением, что тот умолк.
Он лишь сейчас заметил, что пятеро парней, окружавшие высокого мага, все поголовно были в длинных хламидах бордового цвета! Никакого Марица среди них и в помине не было.
– Понимаете, где-то тут должен быть Мариц… – снова забубнил Саня, чувствуя себя полным идиотом.
Магистр перехватил взгляд Лекса и раздраженно процедил:
– Что ты заладил одно и то же – какой еще Мариц! Закрой дверь, послушник. У нас очень сложный предмет – ментальные искусства!
И Лекс воскликнул, сам не свой от изумления:
– Вот именно что ментальные искусства! Но где же тогда Мариц?
– Откуда мне знать, куда подевался твой приятель! – рявкнул Церсиус так, что Лекс вздрогнул от неожиданности. – Я не обучаю послушников!
– Н-не обучаете? – пролепетал Саня, а магистр продолжал бушевать:
– Здесь занимаются маги второй ступени Солнечного Чароцвета, если ты не заметил. Выйди и закрой дверь, сейчас же! – прорычал он с такой яростью, что Лекс, не проронив ни слова, захлопнул створку.
Щелкнул замок, и из-за двери послышались голоса, среди которых выделялся хриплый и раздраженный – магистра.
Несколько секунд Саня стоял в полном шоке, тупо глядя на золотые полоски двери, которые тускло поблескивали в пасмурном свете. Откуда-то из глубины коридоров послышались быстрые шаги, перемежающиеся голосами, и Лекс, развернувшись, побрел прочь.
