– Извини, – смутился Ренат. – Ты имеешь право на свое мнение, а я – на свое. Но позволь спросить, в чем состоит грех Вари? Да, она живет неподалеку от бывшего торгового дома, попавшего на фото столетней давности. И что с того? На близлежащих улицах проживают сотни людей.
– Я найду связь!
– Бог в помощь…
Мадлена в черных лосинах и майке вышла на просторную лестничную клетку, выждала пару минут, прислушиваясь к лифту, и заглянула за подставку для цветов. Та была сделана в виде деревянного помоста, внутри которого хранились лейки, удобрения и раствор против вредителей. Пакет, который она там спрятала, был цел и невредим.
– Ты меня недооцениваешь, – прошептала женщина, представляя лицо отца. – А зря! Мы с тобой одного поля ягодки.
Мадлена быстро набросила на себя длинную черную тунику с рукавами, повязала платок и посмотрелась в стеклопакет, разделяющий площадку, куда выходили двери квартир, с лестницей. Предварительно нанесенный грим сделал ее неузнаваемой.
Через несколько минут она вышла через черный ход на улицу. На заднем дворе светился одинокий фонарь, машина с охранниками отсутствовала. Видимо, отец все-таки убрал их подальше, чтобы не накалять обстановку.
Мадлена была далека от мысли, что он полностью снял наблюдение. Но она добилась послабления с его стороны.
«Спасибо за понимание, папа. Ты внял голосу разума. Не хватало нам еще воевать друг с другом!»
Держась темной стороны, она выскользнула со двора, без помех добралась до проезжей части и поймала такси.
– Куда? – спросил водитель.
– Я покажу…
В салоне запахло духами с восточными нотками. Водитель подозрительно косился на молчаливую пассажирку, но заранее полученная от нее денежная купюра заставила его помалкивать. Куда может в такую пору ехать добропорядочная мусульманка? Да пусть это волнует ее мужа!
Когда Мадлена решила выйти, она просто потрогала таксиста за плечо и кивнула головой. Мол, остановись здесь.
Ее силуэт, освещенный фарами, тут же растворился в темноте проходной арки. Водитель стряхнул секундное оцепенение и тронулся с места. Может, позвонить диспетчеру и сообщить о странной клиентке? Уж больно она осторожничала, скрывая внешность.
Таксист любил смотреть боевики про террористов, а женщина, которую он подвез, была похожа на смертницу. Впрочем, это всего лишь игра его воображения.
Запах восточных духов будоражил водителя, пока в машину не завалилась компания подвыпивших мужчин, от которых несло табачным дымом и алкоголем.
– Эй, бомбила, курить можно? – развязно осведомился один из них. – Плачу по двойному тарифу, за вредность.
– Га-га-га-га!.. – заржали остальные. – Гы-гы-гы!..
«С виду приличные люди, а ведут себя, как шпана подзаборная», – подумал таксист, сразу забыв о подозрительной пассажирке…
Аверкин опустошил бутылку и задремал. Во сне к нему снова явилась Смерть.
– Что-то ты зачастила, – промямлил он, удивляясь собственной смелости.
– Нужен ты мне, Генушка…
– Ты не старуха, – вырвалось у него. – И косы у тебя нет. Где твоя коса?
– Я ее прячу, чтобы людей не пугать, – прошелестела Смерть. – Умирать должно быть приятно…
Его лба коснулась ледяная рука, музыкант испуганно вытаращил глаза и – очнулся. Над ним склонилась живая женщина.
– Ты… кто? – оторопел он, трезвея. – Как ты сюда попала?
– Для меня все двери открыты…
Аверкин вспомнил гитариста, который тащил его на репетицию, и догадался, в чем прикол. Незваный гость дверь за собой не запер. С него станется! Аверкин и сам забывал закрывать квартиру: он же рубаха-парень, у него все нараспашку, и душа, и жилище. Что можно взять с рокера? Лаве? Так гонорары перечисляют на счет, а наличку у него как ветром сдувает. Друзья, пирушки, бестолковые проекты. Если бы не Варя, он бы все заработанное распустил зря, и ничего полезного в жизни не сделал.
Смерть взмахнула черным крылом, и свет померк.
– Эй, ты где? – испугался музыкант. – Я тебя не вижу!.. Эй!.. Покажись!..
Он ощущал сладковатый аромат, исходящий от женщины.
– Ты будешь наказан, – заявила она, невидимая во тьме. – Ты поплатишься за свои грехи. Но я подслащу пилюлю… Ты ведь любишь сладенькое! Вы все любите…
– Сгинь! – завопил Аверкин, размахивая руками. – Мне еще рано на тот свет!
– Как раз вовремя…
– Убирайся вон!
Она сухо рассмеялась в тишине комнаты. От ее смеха у музыканта кровь застыла в жилах. Он хотел позвать на помощь, но не смог и рта раскрыть.
– Я принесла тебе волшебный порошок, – прошептала Смерть. – Просто вдохни его, и вознесешься в небеса…
Аверкин судорожно потянул носом, приподнялся и попытался схватить ее за крыло. Она ловко увернулась и растаяла в черноте ночи. По комнате пронесся сквозняк.
«Вылетела в окно, – сообразил музыкант, нащупывая выключатель лампы. – Черт! Что это было? Я схожу с ума?»
Он судорожно нажал на кнопку, и лампа осветила гостиную. Оконная створка была открыта, жалюзи с шорохом болтались на ветру. На столе теснились пустые бутылки от джина и пива, по полу рассыпались окурки.
