Так и случилось. Ольга уже после первой покупки изменилась в лице, а через полчаса и совсем ее было не узнать. Они ходили по этажам мимо стеклянных дверей бутиков с одеждой, заходя внутрь, примеряя то одно, то другое. Что-то Ольга покупала, от чего-то отказывалась. Останавливались у зеркальных витрин с украшениями. Ольга рассматривала их. Но редко на чем останавливала взгляд. Далеко не каждая вещь удовлетворяла ее безупречный вкус. Зато уж если ее глаза на чем-то останавливались, это украшение было действительно изящным, достойным внимания.
Охранник постоянно был поблизости, следя за тем, что происходило вокруг.
Из торгового центра Ольга вышла в хорошем расположении духа, с сияющим лицом и кучей покупок. Между тем Глеб повез ее по другим магазинам. Покупал и покупал все, на чем она останавливала взгляд. Пока, наконец, жена не запротестовала, заявив, что устала от покупок и хочет мороженого.
Тогда завернули в кафе «Мороженое» — небольшое, красиво оформленное снаружи и изнутри. Половина небольших столиков была занята родителями с детьми и молодыми парами. Молоденькие улыбчивые официантки сновали между ними, принимая заказы и поднося вазочки с мороженым. Глеб и Ольга сели за свободный столик. Она сама сделала заказ.
Отметив про себя, что ему удалось избавить жену от удрученного настроения, Глеб был доволен.
Время пролетело незаметно. Когда он посмотрел на часы, было пятнадцать часов. Ольга доела мороженое, и Корозов, расплатившись, поднялся с места:
— Ну а теперь пора пообедать. Ты, наверно, проголодалась.
— Что ты, Глеб, я мороженого объелась! — запротестовала она.
— Нет-нет, не возражай. Поедем обедать.
Видя, что протестовать бесполезно, Ольга, выйдя из кафе, попросила:
— Тогда не в ресторан, а в какое-нибудь кафе под открытым небом. Погреться на солнышке после мороженого. Надоело сидеть в четырех стенах.
— Под открытым так под открытым, — согласился Глеб.
Подъехали к кафе под названием «Облачный замок». Внешнее оформление, хоть и с натяжкой, можно было принять как нечто, расположенное в облаках. По сторонам и сверху большие воздушные разнообразных форм шары, разрисованные облаками. Столы всяких невообразимых конструкций, не похожие друг на друга и тоже в облачных расцветках. В голубых передниках различных моделей мелькали официантки среди немногих посетителей. Те, разморенные жарой, лениво жевали пищу и потягивали пиво.
— Глеб, — сказал водитель Никола, когда тот приготовился выходить из авто, — вон та машиненка полчаса назад села нам на хвост. — Показал через стекло. — Прицепилась и не отстает. Паркуется везде вместе с нами, а никто из нее не выходит. Я засек ее сразу. — Простое лицо с серыми глазами было нахмуренным.
Взволновавшись, Ольга напряглась, прижимаясь к мужу, красивые с дымчатым оттенком глаза замерли:
— Я не хочу в кафе, Глеб. Поедем в твой офис или домой.
Положив ладонь на ее руку, Глеб успокаивающе погладил. Опасность никогда не пугала его, она заставляла больше сосредотачиваться, собираться в кулак. Но когда рядом была Ольга, это еще сильнее подстегивало быть осмотрительнее. Он кинул взгляд на парковку, куда показывал водитель. Авто с тонированными стеклами. Поцеловав руку жене, Глеб шепнул:
— Не беспокойся, Оленька, мы им шеи свернем, пусть только сунутся! — И охраннику с водителем: — Будьте наготове! Никого близко не подпускать! — Помолчал, подумал. — Хорошо, поступим так. — Достал из кармана пиджака телефон, набрал номер начальника охраны, сказал: — Исай, я сейчас у кафе «Облачный замок». Это недалеко от офиса. Никола обнаружил хвост за нами. Сейчас на парковке притерся неподалеку от нас. Организуй ребят, блокируй на всякий случай кафе. Только тихо, без лишнего шума. А если что-то заметишь, действуй по обстановке! — Отключил телефон и твердо посмотрел на жену. — Все будет хорошо, Оленька! — Вернул телефон в карман и бросил водителю. — Пробегись, Никола, посмотри, кто в той машине!
Выскочив из автомобиля, Никола пригладил ладонью редкие волосы, наползающие на заметные уши, и проворно приблизился к машине, вызвавшей подозрение. Однако через затемненные стекла ничего внутри не разглядел. Здесь даже лобовые стекла были тонированы. Он постучал по двери, но ни стекло не опустилось, ни дверь не открылись.
— Эй, в салоне! — позвал он. — Покажи нос! Чего спрятался, как суслик в норке?
Но в ответ тишина. Чуть отойдя, Никола оглянулся и выразительно погрозил пальцем, зная наверняка, что за ним из машины наблюдали.
— Спрятался, как сурок на зиму, — сказал Корозову, вернувшись в свое авто.
Прижимаясь к плечу мужа, Ольга сидела тихо. Он всегда вселял в нее уверенность, рядом с ним она чувствовала себя, как за каменной стеной.
— Раз спрятался — значит, совесть нечиста, — спокойно улыбнулся Глеб. — И все же не расслабляйтесь, — сказал охраннику и водителю, и открыл дверь машины.
