Быстренько накрываю на стол и присаживаюсь напротив.
— Как ты? Как папа?
Всегда про него спрашиваю. Отношений между нами никаких от слова совсем, но я ведь не перестала быть его дочерью. Даже если он так не считает…
— Все потихоньку, Саш.
— Открываешь новый салон в июне? Подготовка идет? Что-нибудь еще нужно? Ты только скажи.
— Нет, дорогая, мы уложились в смету. Что-то из твоих денег даже осталось.
— Не молчи, если что.
Она кивает.
— Илья на работе?
— Да, потом еще в спортзал поедет, — наполняю стакан гранатовым соком. Его мама тоже очень любит.
— Как дела у невесты накануне свадьбы? — интересуется очень осторожно.
Молчу. Просто вздыхаю тяжко и ощущаю, как грудь снова наполняют смешанные чувства.
— Саш, — кладет свою руку поверх моей, и этот ее жест добивает окончательно.
— Мам…
Позволяю себя обнять и позволяю себе немного поплакать. Невозможно ведь постоянно держать все это под контролем.
— Ты…
— На душе тревожно, — говорю, как есть.
— Волнуешься? — успокаивающе поглаживает меня по спине.
— Дело не в свадьбе, — шепчу я тихо. — Переживаю за него. Сердце не на месте.
— Надо думать, — на этот раз вздыхает она. — Если честно, я по этому поводу и пришла. Пожар в клубе, взрыв на авторынке. Паша говорит…
— Что? — перебиваю, высвобождаясь из материнских объятий. — Какой еще пожар? Какой взрыв? — растерянно на нее смотрю.
Разительно меняется в лице. Совершенно точно так выглядит человек, по неосторожности сболтнувший лишнего.
— Мам…
— Ты не знала, да? — виновато хмурится.
Нет! Я не знала! Ни мой будущий муж, ни ребята не посчитали нужным со мной это как-то обсудить. Невероятно! Просто делают вид, что все нормально. Теперь понятно, почему Дарина показалась мне странной при встрече. Уж она-то про клуб точно в курсе!
Усиление охраны, запрет на лишние передвижения по городу, поведение Ильи. Эти его прикосновения, поцелуи и взгляды…
— Вы должны отменить свадьбу. Это небезопасно.
— Будут только свои. Просто распишемся в загсе и посидим в ресторане. Никакого пиршества не планируется. Илья перенес дату и выбрал другое место.
— Мы женимся в эти выходные.
— В эти выходные? — переспрашивает ошарашено.
— Да.
— Саша, не выходи за него, — вдруг выдает она, крепко сжимая мои пальцы.
— Ты что такое говоришь? — выдергиваю руку.
— Я за тебя боюсь, дочка! Думаешь, не понимаю, что скрывается за всей этой показной деятельностью депутата?
— Мама, с прошлым покончено. Илья обещал мне!
— Обещал? — переспрашивает, невесело усмехнувшись. — Серьезно? Не будь такой наивной! По-твоему, за ним просто так давно и пристально наблюдают сотрудники правоохранительных органов?
— Кто? Обиженный мною Бандалетов? — презрительно фыркаю.
Паровозова он просто ненавидит. Причина банальна — его уязвленное самолюбие. Столько времени прошло с момента нашего расставания, а он никак не уймется. Все роет и роет.
— В кресло депутата твой Илья сел, лишь благодаря влиятельным людям криминального круга.
— Я не хочу это слушать!
— Папа прав: бывших бандитов не бывает, Санечка! За Паровозовым стоят страшные люди! Ты подумай только, с кем собираешься связать свою жизнь. Это ведь уже не просто красивый, головокружительный роман, это — брак. Брак!
— Ничего не изменится. Я итак давно считаю нас семьей.
— Ты станешь женой лидера ОПГ. Иисусе! — хватается за сердце.
— Хватит.
Тайсон, почуявший смену настроения нашей беседы, устраивается у моих ног, прижимаясь к ним спиной.
— Отец верно говорит, это я момент упустила… Еще тогда, когда у вас все началось, — прижимает к щеке салфетку, вытирая хлынувшие из глаз слезы. — Недоглядела…
— Ты была слишком занята моим планером, — встаю и подхожу к окну.
— Сашенька, я прошу тебя. Уйди от него, пока не поздно, — слышу тихое за спиной.
Разворачиваюсь к ней. Встречаемся глазами.
— Ты тоже не придешь, да? — решаю спросить напрямую.
— Саш, пожалуйста… — плачет и качает головой.
— Я люблю его. Мне плевать, кто он. Я свой выбор сделала еще тогда, три года назад…
После того, как мама в слезах покидает квартиру, долго еще сама не могу успокоиться. Выбрасываю еду, к которой мы так и не притронулись. Перемываю руками посуду и отправляюсь в спальню. Там, забравшись под одеяло, прокручиваю наш с матерью разговор.
Некоторые вещи было крайне неприятно слышать. Как и осознавать, что да… в тот день, который должен стать для меня самым счастливым, родителей рядом не будет. Ни отца, ни матери. Глупая надежда на то, что они наконец соизволят смириться с происходящим, рассыпалась в пепел после ее визита.