Лена сегодня расстаралась на славу. Нацепила короткий сарафан цвета морской волны, распустила волосы, аккуратно завитые локонами, и даже не поленилась надеть босоножки на высоченной платформе. Словом, будто со свидания прикатила.
Считаю про себя, пока приближаются. Ковыряю носком кроссовка камешки. Пытаюсь успокоиться, правда, но под ребрами закручивается ураганище такой силы, что вот-вот катастрофа случится…
О чем говорят ребята, не разбираю.
Грудь горит огнем.
Жжет адски где-то там, в области сердца.
Ноготь вонзается в покрасневшую кожу.
Поджимаю губы.
Илья, как ни в чем не бывало, наклоняется ко мне и лезет поцеловать, но я демонстративно отворачиваюсь.
— Не понял, ты пила, что ли? — принюхиваясь, спрашивает недовольно.
— Твое какое дело? — гневно стреляю глазами.
— Пошли поговорим, — предпринимает попытку взять меня за руку. Однако я, естественно, тут же выдергиваю ладонь.
— Отстань от меня!
— Саш…
— Я уезжаю, ясно тебе? — встаю со скамейки и ухожу прочь.
— Далеко?
— Домой!
— Накрывает, что ли? — слышу вдогонку.
Не оборачиваясь, показываю ему средний палец.
Ну потому что да, подрывает. Достал!
— Обалдела?
— Пошел ты! — шиплю в сердцах.
— Тормозни-ка! В чем дело? — орет, когда удаляюсь метров на десять.
— Догадайся!
— Саня!
Несколько секунд спустя сгребает меня в охапку своими медвежьими лапами.
— Стой сказал!
— Отпусти!
— Продышись, мать твою. Успокойся! — Илья пытается меня угомонить, но я только сильнее на него злюсь.
— Отвали! — пинаюсь и машу руками.
— Саня, прекрати! — стиснув меня мертвой хваткой, отрывает от земли.
— Козлище! — рычу, мотыляя ногами.
— Щас доиграешься у меня!
— Скотииина!
Мир резко переворачивается на сто восемьдесят градусов..
— Поставь меня, кретин! — луплю по широкой спиняке кулаками.
— Сначала тебе надо притухнуть, — усмехнувшись, хлопает в ответ по заднице.
— Куда ты несешь меня, придурок?
— Охладиться.
Трава сменяется камушками.
— Что ты удумал? Спятил совсем?
Ничего понять не успеваю.
Илья скидывает свои кроссы, быстро шагает по деревянному пирсу. Взбирается на помост и прыгает.
Под звуки моего визга летим вниз.
Разрезаем гладь воды.
И даже там, будучи в озере, не могу освободиться. Едва всплываю, сразу оказываюсь в тисках.
— Ну дурак, зачем в одежде?! — верещу недовольно. — Отстань от меня! Отпусти!
— Остыла? — проводит рукой по волосам.
— Какого черта я сижу тут и жду тебя?! — толкаю его в грудь.
— Ну ты, я смотрю, времени особо не теряла… Накатила и не раз, — отпускает, позволяя отплыть в сторону.
— А ты вообще… вообще С НЕЙ был! — тяжело дыша, выбираюсь на берег.
— Может, послушаешь для начала? — выходит из воды следом за мной. Отжимает шорты и футболку прямо на себе.
— Да итак все с тобой понятно!
— Объясниться-то дай, дурочка малолетняя, — раздраженно цокает языком.
— Ребят, у вас все в порядке? — голос этой стервы раздается совсем рядом. Честно признаться, я готова и ей расцарапать лицо.
— А то ты не видишь! — отзываюсь зло.
— Успокойся, нет повода для ревности, — говорит при этом так, словно все с точностью да наоборот. — Если причина скандала во мне…
— В тебе, да, — киваю, стаскивая с себя мокрую майку.
— Ты ведешь себя как маленькая, капризная девочка, — заявляет она.
— А что насчет тебя? М? — подхожу ближе.
— Ты о чем? — выдерживает мой взгляд. Насмешливо выгибает бровь.
— О том, что ты вечно крутишься где-то поблизости!
Глаза в глаза.
Тут и без слов все ясно…
— Харитонова, прекращай, — ледяным тоном произносит Илья.
— А что? Разве не так?
— Нас связывают общие дела.
— Вот пусть и дальше связывают! Оно и к лучшему! Так и так собиралась с тобой расстаться! — добавляю будто невзначай.
Снимаю насквозь промокшие кроссовки. Босиком направляюсь к лагерю. За своим телефоном.
Плевать! Выйду к дороге и вызову такси. Кто-нибудь, рано или поздно, да приедет в эту глушь.
— Не понял… А ну стопэ! — басит Илья вслед.
Опять двадцать пять!
— Чего тебе?
— Со мной пошла, — дергает за руку.
— Отвали!
Силой тащит к своей машине и заталкивает в салон на заднее сиденье.
— Никуда с тобой не поеду! — бороться с ним практически бессмысленно, но я пытаюсь.
Обходит тачку, открывает дверь, садится за руль. Стиснув челюсти, заводит движок и срывается по гравию с места, оставляя за нами облако серой, мутной пыли.
— Куда ты меня везешь? А мои вещи? — возмущенно на него ору.
Молчит. Напряженно пялится в лобовик и разгоняется по лесной дороге.
— Эй, а поосторожнее можно? — ударяюсь лбом, потому что он несется по ухабам, не жалея подвески. — Илья, блин! — меня кидает по салону. По итогу, не удержав равновесие, заваливаюсь на бок, когда на скорости объезжаем глубокую яму. — Останови машину! Достаточно!
Топит по грунтовке как ненормальный. И приору свою насилует, и психику мою расшатывает.