Он, наверное, шутит. Как это может не нравится? Запах сводил меня с ума, мне хотелось завернуться в его толстовку, как в плед, и никогда не вылезать из нее. И улыбаться. И фантазировать себе… Ну, не знаю, что может нафантазировать шестнадцатилетняя девчонка? Случайные прикосновения, от которых сердце уходит в пятки, неловкие объятия, неопытные поцелуи… Хотя, почему неопытные? Это у меня – неопытные. А Сергей целоваться умеет, знаю, видела пару раз, как он целовал то одну, то другую девчонку за углом школы.
– Нравится. Как называется?
– Без понятия. Знаю, что там, на коробке, акула нарисована.
– Вкусный запах.
– Смешная ты. Разве говорят про парфюм – вкусный? По мне, это больше к блюду какому относится. Вкусный, – еще раз усмехнулся он, и я вдруг почувствовала себя малолеткой, которая не знает, как правильно.
Опять сказала не то. Ну почему со мной так всегда? Говорю не то и не так, и он меня постоянно высмеивает? Это обидно, между прочим.
Чтобы скрыть досаду, решила перевести тему:
– Надумал, куда будешь поступать?
– Да вроде бы. Хочу быть журналистом, корреспондентом. Хочу объехать весь мир, и писать о тех местах, где побывал.
– Круто!
– Ну, если поступлю.
– Конечно, поступишь!
– Ты в меня веришь? Не сомневаешься во мне? – он шутливо толкнул меня плечом.
– Конечно, я в тебя верю. Почему я должна сомневаться?
– Ну, кое-кто не верит…
– Ну и дураки, значит! – с вызовом сказала я.
– Ирка, спасибо тебе!
Сергей вдруг остановился и порывисто меня обнял.
Слава богу, что он не заглянул мне в лицо, и не видел, какой шок был на нем написан.
Он. Меня. Обнял. Обнял, господи!!! Как же это здорово! А дальше-то что? Что мне нужно делать? Что сказать?
– За что спасибо? – прошептала я.
Он отстранился, и я испытала разочарование. Я бы предпочла, чтобы объятие длилось дольше. Ну хоть чуть-чуть.
– Как за что? – он все еще придерживал меня руками за предплечья. – За то, что веришь в меня. Ты не представляешь, как это важно, когда в тебя кто-то верит. Хотя, что бы ты представляла, ты еще малявка!
Я вырвалась из его рук и зашла в булочную.
***
Сергей. 17.
Вот черт, опять не то сказал! Надо ж было обозвать ее малявкой!
Она ведь обиделась, психанула, вырвалась, даже дверь не придержала за собой, когда в магазин зашла.
Дверь едва не хлопнула меня по носу. А надо бы, наверное! Десять баллов, Серега, за твое ухаживание! Прям супер!
Видел же, как заблестели ее глаза, когда поблагодарил ее, и что? И испугался, что…
Мне вдруг подумалось, что еще секунда, и я нырну в эти глаза, как в озёра, и больше никогда не вынырну, останусь там навсегда.
Да и какая она малявка? Всего-то на год младше. Ну ладно, на полтора. Велика разница!
Короче, надо извиняться.
Толкнул дверь и услышал ее дрожащий голос:
– Булку белого, пожалуйста.
Тоже встал в очередь – за ней был еще человек.
Пока продавец обслуживала следующего покупателя, я молился, чтобы Ира не ушла, подождала меня, и тогда у меня будет возможность извиниться.
– Ира, подожди меня, пожалуйста, – крикнул я ей в спину, когда она уже открыла дверь на улицу.
Она ничего не сказала, только повернула чуть-чуть голову в мою сторону и кивнула, сжав губы. Потом скрылась за дверью.
М-да, будет сложно, подумал я, и попросил у продавца две большие плюшки с сахаром.
***
Вначале мы шли молча. Она дулась, я не знал, как начать разговор. Только подойдя к подъезду, я глянул на пакет с плюшками в своих руках и очнулся:
– Ир, давай погуляем? Сейчас?
Она повернулась ко мне, но все еще молчала, сердито и серьезно глядя в мои глаза.
– Я хочу извиниться за то, что так тебя назвал.
Её брови взлетели вверх, выражая удивление. И вдруг складка между бровями разгладилась, и на лице появилась улыбка.
– О, это что-то новенькое! – насмешливо протянула она. – Сергей Перов и извиненья? Это нечто из ряда вон выходящее. Пожалуй, на это стоит посмотреть.
И рывком распахнула дверь подъезда, а после обернулась и так совершенно по-детски:
– Сейчас, только хлеб занесу.
Она скрылась за дверью, заставляя меня ломать голову над этой метаморфозой.
Что это было? Кто эта девчонка, что за хамелеон? Откуда эта дерзость, ирония? Откуда этот кокетливый взгляд?
Бомба.
Девочка взрослеет. И эти 1,5 года уже не такая пропасть, как казалось раньше.
Через 10 минут она спустилась и даже улыбнулась.
– Куда пойдем?
– Пойдем на стадион. Там можно посидеть, пообщаться. У меня есть две извинительные плюшки.
Она засмеялась. Так искренне, так открыто, раскрыв рот и запрокинув голову.
– Извинительные? Класс! Ну, пойдем, буду принимать твои извинения.
Я улыбался остаток пути. Не знаю почему.
Кажется, я влюбился.
***
Ира.16. Его выпускной.
У него сегодня выпускной. Вернее, был вчера ночью. Они должны были веселиться до самого утра. Первая взрослая ночь. Ночь, когда можно всё. Ну или почти всё – у кого-то пошли на выпускной родители, а это ж контроль. Всевидящее око.
Зло не дремлет.
Вот тебе и свобода.
Я вышла гулять с собакой и увидела его, возвращающегося с остановки. В черном костюме, с галстуком. Он был таким взрослым!
