Его преимущество заключалось в том, что он очень хорошо знал этот замок, в отличие от Мэри. Поднявшись на второй этаж, он увидел мелькнувшую справа тень и бросился налево: через комнаты слуг можно было срезать путь. И ему удалось. Он выбежал в южное крыло, пробежав насквозь несколько комнат, и выскочил прямо перед девушкой, которая двигалась по главному коридору к выходу. Рэл схватил её, прижал к стене и на секунду опешил, не поняв, кто перед ним.
Это была Мэри, но с длинными светлыми волосами и чистой кожей, не изуродованной шрамом.
— Рэл? Какого даэдра?
— Что ты сделала?!
Мэри выглядела растерянной, явно не понимая, чем он так обеспокоен. Тем не менее она ответила:
— Выполнила контракт.
Габриэль надавил:
— Как?! Что именно ты сделала? Зачем нужен был этот взрыв?
— Отвлекла внимание и отравила десерт. Его как раз должны подавать к столу, поэтому я хочу спуститься с другой стороны зала и послушать, что там происходит. Пустишь?
Он даже не дослушал её, разжал пальцы и побежал назад, понимая, что вспыхнувший пожар уже потушили, лакеи поправили свои причёски и камзолы и готовы обслуживать гостей. До Мэри стало доходить, что он собирается ей помешать и она крикнула:
— Рэл! Что ты задумал?! Габриэль!
Кажется, она побежала за ним, но остановилась перед лестницей, не решившись вернуться на кухню, где все понимали, что виновной в пожаре была именно она. Габриэль же несколько раз споткнулся, едва кубарем не скатившись вниз, выбежал на кухню и заметил, что десерт уже унесли.
Рядом возникла Кларисса, попытавшаяся ему что-то сообщить, но Рэл не стал её слушать, свернул в ведущий в зал коридор и крикнул:
— Стой! — Молодой лакей замер у двери и обернулся. Габриэль быстро приблизился к нему, на всякий случай схватил высокую чашу с его подноса и, пытаясь отдышаться, объяснил: — Этот десерт убьёт Церкиуса.
Юноша изумлённо смотрел на безумного бретона, непонятно что делающего в замке и теперь заявляющего, что еда отравлена, однако не растерялся.
— Я позову камердинера.
Рэлу уже было всё равно. Он стоял с хрустальной чашей в руках, прислонившись к стене, и слушал доносящуюся из зала музыку. В груди очень громко стучало сердце, кожу жгло: когда схватил нож, чтобы сорвать с кухарки горящий фартук, подставил запястье полыхающему пламени. Растревоженная резкими движениями рука снова болезненно ныла.
Но Габриэль слушал музыку. И почему-то думал о уединившейся с Маэрсоном Дафне.
— Что здесь происходит? — Рассерженный голос камердинера заставил его открыть глаза. — Почему гости до сих пор ждут десерт?
— Этот человек уверяет меня, что блюдо отравлено, сэр, — скромно отчитался лакей, явно надеясь на то, что Габриэля, с которого не сводила восхищённого взгляда самая красивая девушка в замке, сейчас вышвырнут на улицу.
Но камердинер был обязан во всём разобраться. Он осторожно забрал у Габриэля чашу, осмотрел покрытое муссом фруктовое желе, принюхался и догадался:
— Пахнет… ягодами?.. Ничего не понимаю. В сегодняшнем меню нет никаких ягод, у магистра сильная аллергия. — Желе было банановым, но кто-то полил его ядовитым соком. Мужчина посмотрел на безразличного ко всему Габриэля и похвалил: — Ты молодец. Откуда знал?
— Предчувствие было плохое, — хмуро отозвался Рэл, дав камердинеру понять, что такие вопросы задавать не стоит. Тот кивнул и приказал своему мальчишке: — Попроси на кухне новый десерт для магистра. А я извинюсь перед ним за возникшее недоразумение.
Габриэлю уже не было до этого дела. Он собирался покинуть замок через чёрный ход для слуг и наведаться в таверну — в четвёртую комнату. Но у самой двери его догнала Кларисса и схватила за руку.
— У тебя развлечение такое — всех спасать и исчезать, не попрощавшись?
— Я и без того нашумел здесь сегодня. Пора бы и исчезнуть.
— Ты спас меня, Габриэль, — шёпотом проговорила Кларисса, а потом приподнялась и поцеловала его. Рэл удержал её губы, но довольно быстро отстранился. Такой благодарности ему было вполне достаточно.
— Тебе ничего не угрожало. Просто появился повод тебя обнять.
Девушка засмеялась и ответила:
— А я и не знала, что у Дафны есть такой брат…
— Я редко бываю в Бруме.
— Может, нам удастся ещё встретиться, пока ты в городе?
Он не стал ей обещать.
— Не знаю. У меня много дел.
— Будешь ещё кого-то спасать?
Габриэль вздохнул и зачем-то вслух сказал:
— Если бы ты знала, как сильно заблуждаешься. — Взгляд Клариссы стал испуганным. Рэл сменил тему: — А эта Анетта давно с вами?
— Давно, — осторожно ответила бретонка. — Уже года два. Не знаю, зачем она это сделала…
— Она в последнее время вела себя странно, да?
Кларисса подтвердила:
— Немного. Но вчера она сказала, что приболела, поэтому её поставили мыть посуду. А что? Что всё это значит?
— Ещё не знаю. Мне пора.
— Береги себя. — Она улыбнулась и первой развернулась, чтобы уйти.
Когда Габриэль вышел на улицу, то с удивлением обнаружил, что над Брумой уже раскинулась густая ночь. Он дошёл до таверны, абсолютно уверенный, что Мэри выбралась из замка и не стала снова пытаться убить магистра — слишком уж шумно там стало. Но он многого не понимал. И жаждал ответов.
