Габриэль присел на корточки и подобрал один из гладких влажных камешков на берегу. Он помнил, как Аркуэн за глаза укоряла Матье за то, что позволяет Дафне заниматься чем угодно, кроме работы на Тёмное Братство. А он, похоже, поступил так намеренно. Он оберегал её от совершения того, чем мог бы воспользоваться предатель. И сам Белламон старался вести себя тихо и не лезть во все эти разборки по той же причине. Сейчас Габриэль испытал к нему сильнейшее чувство благодарности.
— Что ж, я ещё больший идиот, чем думал.
Дафна негромко засмеялась и попыталась его успокоить:
— Не кори себя. Он использует тебя, чтобы как можно больше человек поверило в его невиновность. Выставлять тебя предателем он не станет: у тебя есть непробиваемое алиби. Просто будь с ним осторожнее.
— Ты должна была рассказать мне всё это ещё в Бруме.
— В прошлую встречу у нас были другие проблемы. И я не хотела, чтобы ты действовал сгоряча. Сейчас у тебя есть время всё обдумать и понять, что выдавать свои подозрения ты не должен. Будет лучше, если Люсьен продолжит следовать своему плану.
— Хорошо. Обещаю, что он не догадается о наших подозрениях.
— А почему ты доверяешь Аркуэн?
— Её тоже подставили. Точно так же, как и отца с Люсьеном в тот раз.
Дафна насторожилась.
— Это многое меняет. Что именно произошло?
Габриэль поднялся, отвёл руку и с размаху бросил камень в море. Тот несколько раз оттолкнулся от поверхности воды, оставляя после себя расходящиеся в стороны круги, и нырнул ко дну недалеко от берега, издав тихий всплеск.
— Помнишь Мэри Ваарис?
— Конечно.
— Недавно она вернулась в Рейлес и увидела на столе письмо, в котором Аркуэн приказывала ей следить за Люсьеном. Аркуэн клянётся, что не писала этого.
— И ты думаешь, что она не лжёт?
— Она не лжёт, потому что в то время, когда Мэри нашла в Рейлесе письмо, Аркуэн была в Скинграде. И кто-то убил там Яланту.
Дафна не стала дослушивать и эмоционально воскликнула:
— Яланта мёртв?! Как это случилось?
— Ему перерезали горло в собственном доме. И знаешь что? Первым об этом узнал Люсьен. Якобы у него есть информаторы, следящие за каждым членом Чёрной Руки. И я ведь поверил.
— Проклятье. Извини, но об этом Матье узнать должен.
Сейчас Габриэль не был против:
— Конечно.
— Видишь, как красиво Люсьен всё устроил. Мало того, что его теперь точно никто не станет подозревать: ведь они с Аркуэн жертвы одного и того же предателя, — так ещё и заручился её поддержкой.
— Ты тоже веришь Аркуэн?
— Верю. У неё были очень близкие отношения с Ялантой. Она никогда бы сделала этого, Габриэль.
Он вернулся к Гарпии, погладил ладонью лоснящуюся на солнце гриву и, легко сжав её, поставил ногу в стремя и привычным движением поднялся в седло. Лошадь сразу же сделала шаг, собираясь идти вперёд, но Рэл её удержал. Он ещё и сесть не успел толком.
Дафна рядом засмеялась.
— Она похожа на своего всадника. Я бы с такой точно не сладила.
Габриэля это совершенно не обидело. Наверное, в словах Дафны даже была доля правды. Он улыбнулся и не стал сыпать колкостями в ответ. Вместо этого он спросил:
— Я тебе ещё буду нужен здесь?
— Теперь нет. Я поработаю над защитой и, может, сама тебя навещу. Хочешь завтра отправиться назад?
— Да. Я всё же должен вернуться к Люсьену.
— Разумеется.
Вскоре они вышли на дорогу, пролегающую песчаной лентой через Золотой берег, и Габриэль пустил лошадь галопом, поднимая за собой удушающую взвесь пыли. Дафна вынужденно натянула поводья, и Рэлу показалось, что он услышал её смех.
Она подъехала к конюшням спустя какое-то время, когда Габриэль уже спешился, отдал Гарпию рабочему и наблюдал за мягкими движениями приближающейся Адавэй, прислонившись к невысокому забору манежа.
— Ты всё ещё непослушный мальчишка, у которого только ветер в голове, — весело укорила его Дафна, спрыгивая на землю. Конюх, заранее заметивший всадницу, взял уздцы гнедой и увёл её.
Габриэль отстранился от забора.
— Теперь будешь меня отчитывать?
— Идём. Провожу тебя.
— А ты остановилась у Матье?
— Нет, у одного друга. Никогда не была у Матье. Он вечно смеётся, что такое паршивое место не для меня.
Габриэль проигнорировал последние слова и уточнил:
— У друга, значит?
— Даже знать не хочу, о чём ты там сейчас думаешь.
— О том, как на тебя смотрел этот альтмер в крипте.
— Мы с Кайрой давно знакомы и доверяем друг другу.
— Так теперь он Кайра…
— Габриэль!
Он засмеялся над тем, как легко оказалось смутить Дафну. Когда они дошли до таверны, сумерки уже окончательно расползлись по городу и укутанные вечерней прохладой улицы опустели. Потому мелькнувшая справа тень насторожила. Рэл придержал Дафну за плечо, вглядываясь туда, где ему привиделся чей-то силуэт, и, как оказалось, инстинкты не подвели. Им навстречу вышел высокий мужчина, и чародейка, сразу же узнав его, скинула с себя руку племянника.
Габриэль же этого человека узнал далеко не сразу, потому рука почему-то напряглась и потянулась к мечу. Заметив это, мужчина пошутил:
— Разве так встречают старых друзей? — Этот тёплый глубокий голос трудно было забыть.
— Матье?
