— Жалею, — сразу же ответил Рэл. — Обо всём. Каждое мгновение.
— Габриэль, расскажи мне. Что с тобой случилось? Я помню чистого сердцем мальчишку, который был моим рыцарем. Как ты стал таким?
Габриэль только усмехнулся:
— Рыцарем? Я просто спас твоего воробья.
— Пусть так, но в тот день я увидела в тебе храброго доброго рыцаря, с которым я могу ничего не бояться. А сейчас… сейчас я боюсь тебя.
— Мне жаль, Лис. Просто я уже давно не мальчишка.
— Так расскажи мне.
— Я не знаю, с чего начать.
— Начни с того, как ты стал убийцей.
Габриэль вздохнул и решил начать с самого начала:
— Впервые я отнял жизнь человека, когда мне было пятнадцать. Тогда я учился у брумского кузнеца, у нас с ним были хорошие отношения, и как-то раз он взял меня с собой на охоту с ночёвкой. На наш лагерь напали разбойники, и я убил одного. Фьотрейд тогда всячески меня подбадривал и переживал, что это событие как-то на мне скажется, но оно практически меня не задело. Мне было всё равно. Да, это было странное чувство, я много об этом думал и в итоге решил, что это не должно меня волновать. Я понимал, что в этой жизни придётся ещё не раз сражаться и убивать. Так и вышло. В итоге я намерено связал с этим свою жизнь. Через три года я ушёл из Брумы и отправился в Имперский Город. Первое время я работал подмастерьем в одном оружейном магазине, но потом мне это наскучило. Мне… захотелось острых ощущений. И я стал гладиатором.
Элисаэль, до этого молча слушавшая его рассказ, сейчас удивлённо уточнила:
— Ты сражался на Арене?
— Да, и это было совершенно сумасшедшее время. В отличие от многих отчаявшихся бедолаг, которые выходили на поединок от безысходности, я искал в этом развлечения. К тому же, я уже тогда неплохо сражался и выигрывал все бои. Это ослепило меня славой. Мне очень хорошо платили, меня начали узнавать на улицах, я завёл много сомнительных знакомств, в том числе и с ребятами из Гильдии Воров. Я спал со многими женщинами и часто за деньги.
Он сказал это очень осторожно, но Элисаэль никак не отреагировала и молча ожидала продолжения рассказа. Витражи над ними укоризненно смотрели сверху ликами богов, но Габриэль не думал, что им есть дело до него и его жизни. Поэтому он рассказывал всё Элисаэль и только на её прощение надеялся. Это была смелая надежда.
— В один день это всё закончилось. Меня обманули во время поединка: противник подкупил мага на трибунах, и я впервые оказался побеждён. Меня пронзили клинком насквозь, и в тот день я должен был умереть. Но Мастер Меча всегда был ко мне благосклонен, и он позвал целителя. Я выжил. И очень захотел отомстить. Я нашёл того мага и убил его. А потом всё же вышел на арену в последний раз, попросив Мастера Меча выставить меня против того бойца. Его я тоже убил. И, знаешь, я получил от этой мести настоящее удовольствие. Именно в тот момент я стал убийцей Тёмного Братства, хотя сам ещё об этом не знал. В тот момент, когда начал наслаждаться убийствами. Эта тропа, как выяснилось, очень далеко завела меня. — Габриэль подумал и решил, что именно так оно и было. Именно после ухода из Имперского Города он перестал узнавать самого себя. — После этих событий меня нашла одна из Тёмных сестёр и предложила присоединиться к ним. Чтобы проверить меня, мне подсунули лёгкое дельце — убить одинокого фермера далеко от города, — и я убил его. Ведь Тёмное Братство даст мне не только деньги и крышу над головой, но и это чувство опасности, за которым я постоянно гнался. Так я думал. Но первое время мне не нравилось находиться среди остальных братьев, я постоянно хотел уйти из Убежища, и лучший способ это сделать — взять контракт. Однако потом… я очень привязался к ним. Они стали моими хорошими друзьями.
Габриэль зачарованно смотрел на блеск её волос и невольно вспоминал Леонсию и Тавэла. Раньше он не задумывался о том, что в Тёмном Братстве его самыми близкими наставниками были альтмерский чародей и его красивая дочь с белыми, как снег, волосами. Сейчас, когда для него всё меняется (и Габриэль не собирается с этим спорить), ему хотелось бы стать ближе с другим альтмерским чародеем и его красивой дочерью, на волосы которой он смотрит сейчас, как зачарованный идиот. Тэниэрисс и Элисаэль в самом деле напоминали Оргистров, хоть и были совершенно другими. Это было забавно.
