«Ты права, не только из-за тебя...» — прямо глянул в глаза жены, вещая ей свои мысли. — «Перед указанием убрать тебя были и другие. Много. Мужчины, женщины... Мне отдавали приказы. А я... я исполнял их, Катя».
Она слушает меня без осуждения. Про изнанку своей жизни я откровенно говорю ей впервые. Не то время, чтобы скрывать.
«В последний раз это была женщина. Я должен был заставить ее сделать кое-что... не буду говорить, что. Скажу, что убивать — не самое жестокое из того, что можно сделать с личностью. Гораздо более безжалостно заставить ее сделать противоестественное, а затем еще и оставлять жить с этим. Нас учат не проявлять эмпатию. Но я где-то сломался... Отвращение к собственному роду, к себе — наименьшее, что я чувствовал к твоему появлению. Заставлять великородных делать неправильные вещи во имя высшей цели... Драконы в общем не совершенные правители, но Вороны в частности... Наше правление уродливо, превратно, оно бьет по всем нам. Когда ты появилась, я уже давно только терпел. Ты оказалась моей выбранной, ты и стала последней каплей и моим оружием. Давно знаешь?»
Ресницы на секунду скрыли и опять открыли мне блестящие глаза. Вижу, как Катя почти застенчиво улыбнулась и тут же опять посерьезнела.
«С весны... подозревала. Поняла, что ты слишком сильный, чтобы все бросать из-за женщины. Ты делаешь, что должен, и тогда сделал. Думаю, ты между долгом и желанием, в тот раз не забыл о долге. Ты спасал не только меня, но и свой род от того, во что он превращается, да? И сейчас?»
Кто кого читает, я её или она меня?! Мне нечего сказать, кроме единственного короткого: «Да».
За окном не просто тихо: беззвучно. Весь мир замер, пока мы разговариваем. Я слышу только ее голос и вижу свет звезд, отражающийся в глазах.
«Помнишь, что я тебе ответила, когда ты спросил, что выбрать? Я и сейчас скажу то же самое: ты всеведущий Ворон, самый сильный, все-все можешь. До сих пор так думаю. Всё-всё, что бы ни выбрал, Яр. Я знаю, кто ты, не могу удерживать тебя... и не хочу. Знаю, ты не простишь себя, если просто останешься в стороне. Уверена, что ты увидишь путь. Я... мы будем ждать тебя дома», — Катя приложила руку к животу.
Молча заправил русую прядь за ушко. Я помню ее одну в каньоне, забитом тварями Хаоса, помню ее желание разрушить Порядок, помню, как она создала воронку до неба, напугав нас, помню, что она сделала для спасения дракона и, в итоге, всех. Не знаю, кто из нас сильнее. Обычно я полагаю, что это все-таки я, но сейчас опять усомнился.
«Спасибо, моя королева».
