– Ты можешь рассчитывать на меня, Джанна. Я целиком и полностью принадлежу тебе. Я обещаю быть с тобой всегда, если это то, чего ты хочешь. Тебе исполнится восемнадцать через полтора года, и мы сможем сказать твоей маме, чтобы она катилась к черту.
Итак, несколько недель мы провели в разлуке, но любовь одержала победу. Он больше не боялся, и я тоже не должна бояться.
Обернувшись, я обхватила себя руками. И его руки автоматически сомкнулись вокруг меня, предлагая безопасное место. Я отдалась тому, чего мы оба хотели, позволяя ему вести меня к своей постели.
КАЛЕБ
Возвращение в пригород и необходимость высадить Джанну за квартал от её дома, действительно разозлили меня. Мы не должны скрывать свою любовь так, словно это преступление. Мы не делали ничего плохого. Ну, разумеется, за исключением некоторого добрачного секса.
На полпути к квартире отца, зазвонил мой сотовый. Надеясь, что это Джанна, я проверил номер. Это была моя мама. Я нажал на кнопку, чтобы ответить:
– Алло?
– Калеб, – сказала она строгим голосом.
– Да, мама? – Мы оба знали, что моя благовоспитанность просто фигня.
– Я только что вернулась домой и обнаружила трусики на полу в твоей спальне.
Я подавился смехом.
– Это не то, что ты подумала.
– Ты собираешь взяться за старое?
– Определенно нет, – заверил я её, не желая заводить подобный разговор с мамой. – Они принадлежат Джанне.
Она глубоко выдохнула в трубку.
– Знаю, что не должна чувствовать облегчение, но все же я чувствую именно это. То, что ты сексуально активен только в отношениях с одной девушкой, безусловно, облегчение. Джанна хорошо на тебя влияет. За исключением нескольких звонков из школы о прогулах, ты на удивление хорошо себя вел.
Даже не знаю смеяться или надуться на нее и повесить трубку.
– Я ранен прямо в сердце, разве я уже не твой хороший маленький мальчик?
– Надеюсь. – Её тон был пронизан юмором. – Но, по крайней мере, в последнее время мне не приходилось забирать тебя из полицейского участка.
– Я всегда был законопослушным, – заверил я ее, стремясь к тому, чтобы бы мой голос звучал абсолютно искренне.
– Калеб, я никогда не поверю, что кто-то принял тебя за парковщика у того ресторана, и именно поэтому вы с Данте гоняли на спортивном автомобиле стоимостью в сто тысяч долларов. Или в то, что кто-то добавил спиртное в ваши напитки на вечеринке, и поэтому тебя арестовали за продажу алкоголя несовершеннолетним, когда тебе было тринадцать.
Я знал, что она выбирает самые незначительные неприятности, в которые я попадал, нарочно игнорируя худшее из всех моих прегрешений.
И я любил её за это.
Она ненавидела говорить о том, что я был арестован за отправку парня в больницу, и это стоило мне нескольких дней в тюрьме для несовершеннолетних, а потом и условного срока. Однако, я никогда не пожалею об этом. Если бы я увидел парня, который бьет женщину, то я бы отделал его. Да я просто вернул должок бывшему парню Клодетт, когда он приперся в ее квартиру для того, чтобы избить. И сделал это снова, когда Джош неоднократно нападал на Джанну. И тот факт, что Клодетт – соседка сверху в мамином доме, которая старше меня и с которой у меня были «отношения» – не имеет никакого значения. Я бы сделал это для любой женщины. И мой условный срок был тем, что удержало меня от того, чтобы навалять Джошу гораздо серьезней, чем я сделал. Мудаку сказочно повезло.
Вернувшись в настоящее, я сказал маме:
– Прости за то, что в прошлом причинил тебе столько боли. Сейчас все по-другому. У меня есть причина быть хорошим.
Я услышал улыбку в голосе:
– Джанна?
– Да, – согласился я, улыбаясь, как дурак.
– Её мама смирилась?
Моя улыбка исчезла.
– Нет, она все еще упрямится.
– И что вы, ребята, собираетесь делать?
– Всё, что мы можем сейчас, это встречаться тайно.
– Никогда не пойму, почему твой отец женился на этой женщине.
Я жалел отца, но тоже не был уверен, что понимал этот выбор.
– Думаю, он любил ее. Думаю, что он все еще любит ее.
– Ну, по крайней мере, кое-что хорошее из этого вышло. Ты встречаешься с Джанной, и теперь я могу спать по ночам, не беспокоясь за то, что ты можешь попасть в какие-то неприятности.
В моем мозгу стали возникать картинки того, что именно я хотел бы делать с Джанной ночью.
Мама прервала мои мысли:
– Так ты ее любишь?
– Да. – Глупая улыбка вернулась на мое лицо. – Я принадлежу ей.
– Я рада за тебя, дорогой.
– Спасибо, мама. Я тоже рад за себя.
– Ты всегда можешь привезти ее сюда в любое время.
– Спасибо. Сейчас я еду к папе. Позвоню тебе завтра.
– Пока, дорогой. – Она повесила трубку, и я бросил свой телефон на подставку. Когда я вернусь домой, то расскажу отцу о произошедшем между мной и Джанной. И, надеюсь, он тоже окажет мне поддержку.
ДЖАННА
– Джанна, кто тебя подвез? – спросила мама, ее голос был наполнен недоверием.
