Машка все же сказала на телекамеры несколько слов – из чувства журналистского братства. Вспомнила, как сама так же выкрикивала вопросы из-за чьих-то спин.
А я смотрела на все в каком-то тумане. Будто сознание, обидевшись, отделилось от тела и поглядывало на происходящее со стороны. Вот местный врач рядом с телом Жанны разводит руками: ничего сделать нельзя. Вот в ложу входят еще двое полицейских, постарше – очевидно, из местного убойного отдела. Отдают распоряжения – и зеваки, толпящиеся в партере, послушно идут к выходу. Нас выводят из ложи, у дверей тут же встает охрана: это теперь место преступления.
– Да, блин, приобщились к прекрасному! – зло шепнула мне Машка уже в полицейской машине.
Я вздохнула. Кто ж знал, что сказки Венского леса окажутся ужастиком.
Остаток первого новогоднего дня мы провели в полицейском участке. В какой-то момент расспросов, уже больше похожих на допрос, мне даже захотелось вызвать адвоката. Хорошо, что поднаторевшая в расследованиях Машка сразу же предложила полицейским нас обыскать – во избежание ненужных подозрений.
На месте полицейских я бы и сама отнеслась к нашей истории с недоверием: случайные соседи по отелю подарили незнакомым девицам билеты на концерт за несколько тысяч евро. Рассказали, какое дорогое украшение наденет их спутница. А потом эти девицы обнаруживают свою соседку убитой…
Мой сбивчивый рассказ про незнакомца из отеля, все время попадавшегося на нашем пути, ситуацию только усугубил. Краснолицый здоровяк следователь просканировал меня жестким взглядом и угрюмо спросил: «Что именно в поведении мужчины показалось вам подозрительным?»
Увы, вменить странному типу мне было нечего.
Оставалось надеяться, что остальные участники событий: Геннадий, Инна Львовна, несчастный Михаил и Архип – хотя бы подтвердят наш рассказ.
Когда мы с Машкой наконец встретились в коридоре – допрашивали нас по отдельности, – то бросились друг другу в объятия.
– Я уже думала, на меня прямо сейчас наденут наручники! – пожаловалась я.
– Подожди, может, все еще впереди! – заметила подруга: нас обеих полицейские попросили не покидать страну в течение ближайших трех дней.
На улице уже стемнело: в Вене солнце зимой скрывается даже раньше, чем в Москве. Украшенный гирляндами Ринг – аналог московского Бульварного кольца – был почти пуст. Даже погода испортилась: дул противный ветерок, прохватывающий сквознячком до костей, так что редкие туристы передвигались по улице бодрой трусцой, а возница фиакра зябко ежился, напрасно выглядывая седоков.
– Хочу напиться и забыться! – пробурчала Машка, когда мы подходили к отелю.
Но забыться не удалось. Когда мы зашли внутрь, служащие на рецепции и несколько постояльцев уставились на нас так, будто мы по дороге превратились в Ганнибала Лектера. Даже бой, тащивший тяжеленную тележку с чемоданами по коридору на нашем этаже, притормозил и с распахнутыми глазами смотрел, как мы открывам дверь.
Причина нашей популярности стала ясна, как только мы вошли в номер. Машка, даже не скинув куртку, бросилась к пульту от телевизора, нажала кнопку… И увидела на экране свое опрокинутое лицо.
По всем новостям гоняли сюжет, где из-за спин полицейских была видна лежащая головой на бортике Жанна, моя перекошенная физиономия и вещающая Машка. Геннадий тоже стал телезвездой, вернее, телезвездой стал его затылок: при виде камер охранник профессионально уворачивался.
– Маша, выключи! Не могу на это смотреть! – простонала я. – Переодевайся и пойдем в бар!
Но Машка неожиданно сурово покачала головой:
– Нет, Ленка. Какая-то сволочь убила Жанну прямо под нашим носом. Превратила нас в подозреваемых. А я такая просто умоюсь? Не на тех нарвались. Я этого гада найду!
И милосердно добавила:
– Будем пить виски из мини-бара!
Я достала две бутылочки, плеснула янтарный напиток в стаканы. Мы плюхнулись на кровати. И подруга застыла, глядя в одну точку: так она всегда делает, когда пытается что-то вычислить.
– Кого ты подозреваешь? – наконец не выдержала я. Незнакомец, покупавший билеты на новогодний концерт, все не шел у меня из головы.
Но Машка неожиданно сказала:
– Выходит, звезда была настоящая? Если из-за нее убили?
Будто по заказу в этот момент на экране телевизора появилось фото какого-то особняка, и диктор BBC начал рассказывать, что именно здесь до самой смерти жила внучка Сиси Элизабет, которая унаследовала большую часть алмазных звезд – кроме тех, которые императрица раздарила фрейлинам.
– Сейчас я ее погуглю! – забормотала Машка, достав из тумбочки айпад.
Через несколько минут мы с удивлением поняли, что история, рассказанная Жанной, совсем не так фантастична, как нам казалось.
Внучка императрицы Элизабет, как и ее бабушка, вышла замуж неудачно. Высокородный муж был красив, но в мужчинах это качество быстро приедается. А ничем другим он похвастать не мог.
