– Сделай это. По-настоящему.
– Ты уверена?
– Почувствуй меня. Положи туда руку.
Он провел рукой вверх по ее ногам и между ними к влажному входу, созданному ее желанием. Он застонал. Встал, расстегивая панталоны.
Кэт не могла помочь ему, вынуждена была продолжать притворный поединок, хотя все, чего она хотела, было притянуть его ближе и почувствовать, как он протискивается в нее.
И тут он сделал это стремительным, сильным толчком, от которого у нее вырвался крик удовольствия.
Их глаза встретились. Он, должно быть, увидел, что она согласна, почувствовал ее сильный отклик.
– Дерись, Кэт, – прохрипел Деринг. – Должно выглядеть, будто я скачу на тебе изо всех сил.
Длинный и твердый, обнаружила она. Ее колени все поднимались и поднимались, давая ему все больше доступ. Его бедра двигались вперед и назад. Дыхание вырывалось хриплыми стонами.
Давление на сердцевину ее желания лишало способности мыслить. Она чувствовала, как белый жар пронзает ее, слышала длинный вопль и знала, что это кричала она. Он держал ее ноги поднятыми, скрывая, что вышел из нее.
Обеспечивая ей безопасность, как и обещал.
Немножко всхлипывания сойдет для наблюдателей за плач, надеялась Кэт. Она лежала на спине, теперь уже одна. Он слез с нее и с алтаря, занятый своими панталонами. Ее взгляд неторопливо переместился на его лицо. Губы его шевелились.
– Беги, – шепнул он. – Я – за тобой.
Кэт задвигалась, почувствовала помеху и увидела его трость, лежавшую рядом с ней. Подхватив ее, она ударила Деринга по плечу, сильнее, чем собиралась.
Взвыв от боли, он потянулся к ней.
Кэт уклонилась, спрыгнула с алтаря, перемахнула через три ступеньки и помчалась через сад, все еще держа трость в руке. Другой рукой она ухватилась за противоположный конец трости. Если кто-нибудь из шпионов настигнет ее, то она не колеблясь выхватит шпагу и пронзит его.
Достигнув лабиринта, она устремилась прямо через него, добежала до защиты высокой живой изгороди и помчалась вдоль длинных прямых отрезков. Ожидая опасности, Кэт вытащила шпагу и держала ее наготове, но никто ее не поджидал. Она бежала по дорожке, вьющейся вокруг деревьев, кустов и выступов известняка, подхватив юбки, внимательно глядя под ноги, чтобы не споткнуться. И лишь увидев впереди свет, поняла, что берег уже близко. Она замедлила бег. Тут ее поджидала другая, возможно, самая большая опасность. Если наблюдатели увидели, как они причалили, то кто-нибудь мог сторожить теперь возле лодки. Не исключено, что они даже увели лодку с этого места. Девушка скользнула в густые заросли, едва протискиваясь между деревьями. Хорошо, что сейчас весна, а не осень. Не трещат под ногами сухие ветки и опавшие листья. И наконец сквозь маленький пробел в пышной листве ей удалось увидеть шлюпку. Она была на том же месте, где ее привязал Деринг. По всей видимости, лодку никто не трогал.
Теперь опасность позади. Она старалась не думать о том, что могло произойти с лордом Дерингом. Решительный враг побежал бы за ним, сообразив, что скрывшаяся женщина не так важна, ее можно обнаружить и позже. Пробравшись сквозь густую заросль, Кэт окунулась в солнечный свет у кромки воды.
Перевела дух. Вода тихо омывала ее ботинки – равнодушное озеро, которое не волнует маленькая человеческая драма.
Ей казалось, что сейчас здесь Деринг появиться не может. Она отвязала канат, швырнула его в лодку и толкала изо всех сил, пока шлюпка не закачалась на мелководье. Она последовала за ней, развернула и забралась внутрь. Уселась на скамейке. Взяла весла. И все время ее внимание было сосредоточено на начале тропы, на месте, где мог бы появиться Деринг.
Но его все еще не было видно. Сердце у нее колотилось в груди, как раз там, где расходилось рваное платье. Он разорвал ее платье, как и обещал.
Чем больше времени проходило, тем менее вероятным казалось его появление. Лорд Деринг посоветовал бы быть осторожнее, подумала она. Он всегда так делал и притворялся, что и сам так поступает, но обычно он предупреждал ее. Только потому, что он хотел бы этого, Кэт подняла весла и отплыла ярдов на тридцать от берега.
Солнце жгло ее непокрытую голову. Она не помнила, как он снял ее шляпу, но он всегда умел делать это очень ловко своими гибкими пальцами. Ей вспомнилось, как золотая гинея мелькала между его длинными пальцами, фокусы, которые он проделывал ими на ее теле. Сладкие воспоминания, свежие и яркие, которые она будет хранить. Даже если он появится в следующее мгновение, через два дня он снова уедет. И ей останутся лишь воспоминания.
И тут он появился, небритый и красивый, приставив козырьком руку к глазам, высматривая шлюпку. Увидел ее. Поднял руку, помахал в знак приветствия.
Или ей так показалось, пока он не ткнул пальцем в ее сторону.
– Возвращайся сейчас же назад, или я душу из тебя вытрясу!
