– Но посмотрите у Мильтона, когда он пишет о поисках Эдема сатаной. «И не там, где абиссинских королей сторожит гора Амара, как полагают некоторые, находится истинный рай». Разве «Амара» не подходит для поэмы, заканчивающейся словом «рай»?
– В самом деле. – Деринг взглянул на Кэт, как бы в поисках человека в этой комнате, понимающего всю важность сказанного.
– А потом, к несчастью, он меняет это слово на «Абора», если это только не просто ошибка наборщика. Мне хочется верить, что это именно так и было. Ни один поэт, будучи в здравом уме и твердой памяти, не допустил бы намеренно такого искажения.
– Даже по моему скромному разумению, замена кажется бессмысленной, – согласился с ним Деринг. – Вы можете вспомнить что-нибудь еще о том джентльмене на приеме, сэр? О его внешности или манерах?
Саути оторвался от поэмы и выглянул в окно.
– Очень мало. У него были хорошие манеры, он приятно говорил и двигался. Темные волосы. Джентльмен, лорд… Би… нет, не могу вспомнить. Я сказал бы лорд Бикон, но это не подходит. Что-то в этом роде. Мне сообщить вам, если я вспомню имя?
– Буду счастлив.
Пока Деринг записывал мистеру Саути свой адрес в Лондоне, миссис Кольридж провела Кэт в сад и показала себя хорошей собеседницей, даже без поддержки со стороны Деринга. Наконец, получив приглашение посещать хозяев дома в любое время, Кэт и Деринг поскакали через мост, перекинутый через реку Грета.
На другом берегу их ожидал верховой, молодой человек в синей с золотом ливрее.
– Не отправиться ли нам в Кесвик? – обратился к нему Деринг. – И не поискать ли там уютное местечко, где можно перекусить?
В отдельном кабинете гостиницы «Герб Кесвика» Деринг, воспользовавшись походным столиком, притороченным к седлу слуги, исписывал страницу за страницей. А Кэт ковыряла пастушью запеканку на своей тарелке, гадая, чем же он там занят. В течение всего дня он сосредоточенно делал шаг за шагом, и ни в одном из них для нее роли не было. И зачем он взял ее с собой?
Чувство вины, и без того никогда не покидавшее Кэт, снова стало терзать ее. Она должна была бы знать, какое наказание ее ждет. Ведь ее волновала только миссия, и она распекала Деринга за то, что тому до этого нет никакого дела. Теперь он посвятил себя целиком выполнению их предназначения, а она слоняется вокруг него, как глупая школьница, которой вскружил голову помощник садовника. Но она Хотя бы не царапается, требуя внимания к себе, – жаждая заверений в любви. Во всяком случае, вслух.
Лорд Деринг писал долго, потом промокнул страницу и перечитал все письмо. Аккуратно сложил его и снова взялся за перо…
Она не могла сдержаться и попыталась прочитать имя адресата.
– Граф Кендал, – сказал Деринг. – Я прошу его, надеюсь, мне удалось сделать это в достойной форме, оказать нам Помощь сегодня ночью. Это предложила ее светлость. И это ее Принадлежности для письма, а молодой человек, встретивший Пас, – слуга герцогини. Я описал лорду Кендалу наши сомнения, сообщил, что, по моему мнению, может произойти, и особенно подчеркнул, какую помощь мы надеемся получить от него. Герцогиня пришлет нам ответ своим способом.
Деринг запечатал письмо горячим воском, выждал нужное время и приложил к воску свою печать.
– Конечно, его может и не быть в этом имении, но ее светлость говорит, что его брат всегда готов порезвиться. Если эта затея провалится, то она обратится за помощью к Лорду-наместнику.
– А почему бы не обратиться сразу к нему? Я думала, вы хотите, чтобы официальные власти были свидетелями.
– Тут дело частично в юрисдикции. Имение Сарн и лорд-наместник находятся в Уэстморленде, а «Рай» – в Ланкашире. Кроме того, лорд-наместник не очень ее одобряет. Кендал – лучший шанс для нас обеспечить помощь, и он пользуется большим влиянием. Поверь мне, Кэт, мне не хотелось бы докучать герцогине. Но к кому еще мы можем обратиться?
За разговором он упаковал письменные принадлежности.
– Дай мне отправить письмо. А потом я доем остатки запеканки, и мы тронемся в путь.
Кэт рассчитывала, что они сразу поедут назад, в «Рай». Но его светлости нужно было кое-что купить. Кесвик – городок маленький, дома выстроены из местного серого камня и покрыты черепицей. Они переходили из магазина в магазин, выбирая вещи, назначение которых он объяснял ей, только купив их. Но и разговаривая с ней, мыслями он был далеко.
Деринг купил также платье, для нее и нижнее белье. Он сказал, что так он возмещает вещи, порванные в «храме наслаждений». Но истинное их предназначение было другое. Он закутал в них купленные предметы, чтобы никто не смог разглядеть их.
Была уже середина дня, когда они наконец отправились в путь, упаковав свои покупки в большой ковровый мешок, но тут Деринг снова удивил ее, свернув на узкую дорожку, ведущую к вересковым пустошам, окруженным холмами. Там вокруг прямоугольного камня стояли высокие камни, веками выдерживавшие ветер и дождь.
