Все изменило его ранение. Марта открылась перед ним совершенно с другой стороны. Такая самоотверженная, искренняя и такая настоящая… Он думал, что таких уже не существует. Она отдавала ему себя, ничего не требуя взамен. Он видел, как загорались ее глаза при взгляде на него, и у него щемило в груди.
Что это было? Эрик пока не мог понять. Их отношения развивались так стремительно, что задумываться не было времени. Да и желания тоже. Его все устраивало.
И все же смущала ее скрытность в некоторых вопросах и странная реакция на свое имя – она его как будто не любила. Эрик попытался прояснить этот вопрос, но Марта закрылась еще больше, и Эрик решил немного подождать. В любом случае он не собирался с ней прощаться после этой недели.
Как их отношения будут развиваться дальше? Он не знал. Возможно, он купит ей домик где-нибудь неподалеку или предложит остаться в его доме экономкой. Номинальной, конечно. Работать ей не нужно, он обеспечит свою женщину всем необходимым. А дальше? Будет видно.
– Эх, завидую я вам, – продолжая смотреть на Эрика с улыбкой, произнес Левендорн. – Если бы я встретил такую Марту, сразу бы женился!
– Даже так? – удивился Вотергейм.
Лекарь продолжал улыбаться, но взгляд его стал грустным.
– Видите ли, потерять нечто прекрасное и удивительное, что появляется в нашей жизни, невыразимо легче, чем найти и удержать. Поверьте, я знаю, о чем говорю. – Потом спохватился и поднялся. – Но что-то я не о том. Прошу прощения. Передавайте Марте привет.
– Да, конечно.
Эрик и засобирался домой.
Слова лекаря чем-то его задели, но он не стал в себе копаться.
По дороге снова зашел в лавку сладостей и купил пирожные. Марта любила сладкое, а ему нравилось целовать ее сладкие губы.
Стоило войти в дом, как он почувствовал, что что-то не так.
– Я дома, – произнес он громко, но Марта не вышла навстречу, как делала всегда и к чему Эрик, оказывается, успел привыкнуть.
– Эрик, мальчик мой!
Вместо нее в коридоре показалась его тетушка и чмокнула в щеку. После смерти родителей (это произошло десять лет назад) она сильно ему помогла, взяв на себя организацию похорон. И вообще поддержала. Эрик тогда еще учился в академии, и неожиданная смерть родителей, да еще от рук магов-отступников, сильно ударила по нему. Именно поэтому он с такой маниакальной настойчивостью искал их гнездо. Ему через многое пришлось пройти, чтобы дело о магах-отступниках наконец поручили ему. И он нашел! Отомстил за родителей и за многих других жертв этой падали. Сам, правда, чуть не поплатился жизнью, но это неважно.
– Здравствуй, тетя, какими судьбами?
– Эрик, мальчик мой, мы так давно не виделись! А ты после возвращения в город так меня и не навестил, – с укоризной ответила она.
– Прости, дела. Но я собирался на днях к тебе наведаться. – Эрик прошел вслед за тетушкой в гостиную. – А где Марта? Она тебя встретила?
На душе почему-то стало неспокойно. Эрик подошел к столу и увидел на нем смятую газету. Ему в глаза внезапно бросилась фотография, на которой он с удивлением узнал себя и Марту.
– Что это? – нахмурился Эрик, читая заголовок и быстро пробегая глазами текст.
– Мальчик мой, неужели ты не мог так открыто не демонстрировать свою интрижку с какой-то служанкой? – попеняла тетка. – Я удивляюсь выдержке Селены! Она даже словом не обмолвилась о том, что это ее как-то задело.
– Что? Селена? Какая еще Селена? – Эрик не мог понять, о чем вообще говорит тетя. – Где Марта?
– Ну как же! Селена – дочь графа Фолкстера, с его землями граничит твое графство! Разве ты не помнишь, как танцевал с ней на прошлом осеннем балу? Она будет замечательной парой для такого завидного холостяка, как ты. Дорогой, тебе давно пора жениться! А она такая хорошая девочка. И, скажу по секрету, – в глазах тетушки появился хитрый блеск, – Селена хранит под подушкой страницу из календаря с твоим изображением!
Неожиданно Эрика взяла такая злость, что подавить ее удалось с большим трудом. Он крепко сжал челюсти и прошипел:
– Тетя, мне плевать, кто такая Селена. Где Марта?!
Тетка наконец заметила состояние племянника и растерянно произнесла:
– Ушла.
– Куда ушла?
– Туда, – неопределенно махнула она рукой в сторону выхода, а потом спохватилась и возмутилась: – Да откуда мне знать, куда пошла эта профурсетка?!
– Что ты ей сказала? – Эрик ожег тетю злым взглядом.
– Да ничего такого я ей не говорила! Эрик, как ты со мной разговариваешь?!
Вместо ответа он быстрым шагом направился вон из гостиной, прошел к двери в комнату Марты и открыл ее. Безжизненная пустота словно ударила под дых. Здесь не осталось ничего, что бы напоминало о присутствии Марты.
«Но почему она ушла? Что такого сказала ей тетя? Наверняка показала газету и обвинила ее в развратности. Марту? В развратности? – Эрик мысленно рассмеялся, вспоминая, как алели ее щеки, когда он шептал ей на ушко всякие глупости. – Неважно. Из-за этого она бы не ушла вот так».
