– Лаврентий? Он что, глубокий дедулечка? – Я мысленно фыркнула, представляя себе убеленного сединами старца, который подкрадывается к молодому игроку с огромным шприцем наперевес. Но такого бы, наверное, Макс запомнил.
– Забавно, конечно, но нет. Он даже младше тебя на пару лет.
Было бы забавно, если бы не было так грустно и запутанно.
– И что ты можешь о нем сказать?
– Ну, что, немного, признаться честно. Лавр очень наглый, везде сует свой нос, постоянно тащит билеты из кассы под свое имя, не объясняя причин. И вообще постоянно крутился возле директора. Часто на играх в вип-ложе был с ним. Хотя, по сути, что с ним обсуждать? Какие дела? Молодой, зеленый, хамоватый.
– Слушай, но как? Он что, на поле был? Ну, в тот момент? – озадачилась я.
– Да нет, конечно. Вроде с директором в ложе сидел… Слушай, Жень, я и не вспомню сейчас – не тем голова была занята. Но ведь необязательно сам сработал, правда? Мог и купить кого? Только вот на фига ему?
– А почему ты его назвал? Потому что он тебе просто не нравится?
– Даже не знаю. Так, прилетело, – погрузился в задумчивость Макс. Внезапно воспрянул. – Слушай, точно! Они же с Димкой не так давно поцапались, из-за Лизы. Тот вроде пустил ее… благо до трибун она не дошла – охрана задержала и выгнала наружу.
Я задумалась.
– Есть его фото?
– Сейчас, – отозвался Максим и вышел из комнаты.
Я сжимала и разжимала пальцы. Что-то, с этими билетами и Лизой связанное, меня тревожило, ныло, как разболевшийся зуб.
Закрыв глаза, я попыталась сосредоточиться.
Лавр. Билеты. Лиза на футбольном поле. Билеты. Хипстер! Вот оно.
И почему я не расспросила девицу, как ее поставщик билетиков выглядит? Не вполне понимаю, правда, что мне это дает…
Макс вернулся, опять сел в кресло и дал мне фотографию.
На ней была изображена вся команда с тренером, директором и помощниками директора.
Максим ткнул пальцем в одного парня.
– Вот она, его наглая рожа.
Я внимательно посмотрела на Лавра. Не сильно высокий, я думаю, ниже меня, в очках, хорошо одет. А вкус у него определенно был. Запомню! Кстати, надо будет с ним пообщаться – кто знает, вдруг он – что называется, подельник тренера.
Я отдала фотографию Максиму.
– Ты, как всегда, мне помог.
– Да обращайся, – фыркнул он. – Еще бы не по такому дурацкому поводу…
Я сделала вид, что не заметила намека на более личный контакт. Поднялась с дивана и пошла в прихожую.
– Спасибо еще раз, Максим.
– Пока, Жень. Ты, кстати, на работу-то завтра выйдешь или как?
– Макс, не знаю пока, посмотрим. Я отзвонюсь, ладно? – И я начала спускаться с восьмого этажа на первый.
Выйдя на улицу из подъезда, я вдохнула полной грудью, ощущая при этом уверенность в том, что я делаю. Осталось только проверить Лавра и Хипстера и установить, одно ли это лицо.
Детективная работа мне не сказать чтобы нравилась. Все-таки специфика там совершенно иная.
Голова от разных версий просто разрывается. Не мое это. Но раз уж я вляпалась в эту кашу, стоит продолжить. Не бросать же дело на полдороге!
Я села на водительское место, повернула ключ зажигания и поехала по нужному адресу из эсэмэски Хипстера.
Как ни странно, невзирая на очень поздний вечер – было около одиннадцати, – движение на дорогах довольно-таки напряженное.
Подъехав к дому на Кастринской, три «А», я недалеко оставила машину и пошла искать третий подъезд.
Обнаружила, очень быстро отыскала голубую лавочку – и впрямь яркого цвета, различимого даже в мутноватом желтом свете уличного фонаря.
Я села на лавочку, закинула ногу на ногу и посмотрела на часы в телефоне.
Почти половина двенадцатого. Значит, скоро придет и Хипстер.
Я стала ждать. Во дворике царили тишина и пустота. Откуда-то, ну очень издалека, доносились гитарные аккорды и фальшивые звуки пения. В дальнем подъезде кто-то слушал шансон – слышно было неплохо.
Голубая лавочка, кстати, вполне себе нормальный выбор: скрытая от дома густым кустом… чего-то, похожего листьями на сирень, большей частью не освещенная, – фонарь от подъезда касался только края досок… Хоть кто на ней сиди – из окон не рассмотрят. Да и я собеседника разгляжу только с большим трудом.
Он опаздывал. Прошло уже десять минут с назначенного времени, а человеческим духом тут и не пахло.
Я набрала сообщение:
«Я на месте».
Почти тут же мне пришел ответ:
«Скоро буду».
Я успокоилась и бесцельно начала рассматривать пожухлую траву за бордюром. Нужно было приберечь силы для встречи с этим продавцом.
Дверь подъезда открылась.
Я подняла голову. Передо мной стоял парень, высокий, но не слишком, в очках, домашних шортах и резиновых тапочках.
М-да, интересно. Он что, место своего жительства так спокойно раскрывает перед незнакомыми клиентами? Бесстрашный деятель.
– Привет. Тебе надо че? – сипло спросил он.
Не-а, голос вроде не похож. С другой стороны, если человек охрип по какой-то причине – разговаривает он совершенно иначе, и родная мать не узнает.
Вопроса я сначала не поняла.
– Что? – переспросила.
– Надо чего-нибудь? – повторил парень, как для идиотки.
– Да, – наконец сообразила я.
– Отлично. Таксу знаешь?
– Нет.
– Полторы тысячи один билет. На ближайший матч.
– Хорошо.
– Будешь брать?
