– Нет, я не подпишу. Не хотите помогать, что ж…Рада только, что не в Японии я наткнулась на ваш шантаж и мне не пришлось перевозить туда бабушку просто так. Спасибо вам, Павел Андреевич. Юрий Николаевич, пойдемте, – Тая рывком встала со своего кресла, нервно одернула подол летнего платья. – До свидания, Павел Андреевич. И спасибо, что насчет прессы предупредили.
– И все-таки гены матери- шлюхи победили, да? – сжал челюсти Соколов, тоже приподнимаясь со стула, словно решил Таю преследовать, – Вместо единственной родной бабки выбрала хер, который даже сестру не брезгует ебать ради выгоды!
– Соколов, следите за языком! – рыкнул на Павла Андреевича подскочивший Картаполов, – Иначе отправитесь извиняться в суде. У меня в таких делах большой опыт.
А Тая резко развернулась и торопливо пошла к выходу, не дожидаясь своего адвоката. Хотелось успеть смахнуть выступившие слезы до того, как Картаполов нагонит ее. Не показывать, как на самом деле сильно задели ее слова Павла Андреевича.
Выскочив на улицу, Тая замерла в растерянности, не зная что делать. Сразу вызывать такси? Наверно глупо и стоит все-таки дождаться Юрия Николаевича. Обсудить с ним все, что произошло. Статья еще эта… Господи! И бабушка…
Таисия и без того сомневалась, стоит ли подвергать Лидию Михайловну в таком возрасте еще одной операции, решение далось ей мучительно, но теперь выбора не осталось. И в какой-то степени она даже испытала облегчение, ведь риск был, и Тая не представляла как бы жила дальше, если бы бабушка не очнулась от наркоза или умерла на операционном столе. Ведь это был бы ее, Таин выбор. Ее вина.
А сейчас…
Она старалась. Сделала все, что могла, и совесть ее была чиста. Теперь вся надежда на реабилитацию и местных врачей, хоть они и давали неутешительные прогнозы, лишь обещая сохранять бабуле рассудок и частичную дееспособность как можно дольше. Осталось только принять это до конца, смириться. Тая, глубоко дыша, чтобы успокоиться, отошла от входа в ресторан и зашагала вперед-назад по тротуару, дожидаясь Картаполова и молясь, чтобы Соколов не вышел вместе с ним. В руках крепко сжимала телефон, то и дело поглядывая на дисплей. Разблокировать Кирилла? Позвонить и рассказать про фото в журнале? Девушка зажевала губу, не решаясь. Сердце билось поверхностно, больно и часто. Ладони вспотели. Это ведь практически сделать первый шаг…Ей казалось, что и Кир воспримет это ровно так. Что она сдалась и просто ищет предлог. Он ведь как хищник, которому нельзя смотреть в глаза – нападет. – Таисия Станиславовна! Окрик Картаполова заставил Таю вскинуть голову и убрать телефон.
– Рад, что вы меня ждете, уже собирался вам звонить и мчать догонять, – адвокат скупо улыбнулся одними губами и жестом предложил Тае проследовать за ним к его припаркованной машине.
Пикнула сигнализация. Юрий Николаевич распахнул для девушки переднюю пассажирскую дверь.
– Спасибо. Решила, что нам надо все обсудить, – отозвалась Тая, послушно садясь в автомобиль. – Это вы совершенно правильно решили, – кивнул Картаполов, огибая капот, чтобы занять место водителя. Захлопнув за собой дверь, откашлялся в кулак и задумчиво постучал пальцами по рулю прежде, чем продолжить говорить. – Таисия Станиславовна… – прочистил горло еще раз. Видно было, что обдумывает слова, – Во-первых, сочувствую вам по поводу сорванной операции. Если желаете, мы попробуем…
– Спасибо, нет, я уже пыталась через клиники, там очередь официально на восемь месяцев, а надо, если делать прямо сейчас, смысла нет, – качнула головой Тая.
– Хорошо, я вас понял, – адвокат сел к ней вполоборота, вперив внимательный взгляд, – Тогда насчет статьи. Будут проблемы, вы понимаете? Я вам не судья и не лезу в личную жизнь клиентов, но это скандально и общественно порицаемо, и…
Тая, поджав губы, отвернулась к окну. Из нее рвалось наружу, что никакой Кир ей не брат, но произнести это вслух она не могла. Щеки жарко вспыхнули от беспомощного стыда. Что сейчас думает о ней Картаполов? Ее бы саму дергало от брезгливости на его месте… И это было неприятно осознавать. – В общем, признаваться в таком нельзя, – тем временем с паузами, думая на ходу, продолжал Юрий Николаевич, – Предлагаю прямо сейчас позвонить Кириллу Станиславовичу, его адвокатам и совместно выбрать линию поведения. Как реагировать, что говорить…
– Хорошо, можно только без меня? Можно вы позвоните? – Тая повернулась к адвокату и умоляюще посмотрела на него, – Выработаете эту вашу линию поведения, потом просто сообщите мне, как себя вести. Я сделаю все, как захочет Кирилл Станиславович. В конце концов это больше его проблема, чем моя. Кому я вообще нужна?
– Да, но… – растерянно пробормотал Картополов, брови его медленно поползли вверх, – Вы сами с ним разве это не обсудите?
– Мы в ссоре. И я была бы очень благодарна вам, если бы вы меня оградили от контактов с Тихим, – смущенно отозвалась Тая, понимая, как все это безумно звучит, ведь фото были сделаны только вчера.
Адвокат молча смотрел на нее, склонив голову набок.
– Как скажете, так и сделаю. Четко по инструкции, – повторила Тая.
