— А кто-то из этих на яхте был? — имея в виду англичан, спросил Влад.
— Джованни торчал в порту Борнхольма. Он же обеспечивал нас снарягой. Яхта курсировала в том квадрате, с нами звукоподводной связи не было.
Влад кивнул. Он так и подозревал, что тот самый Джо — итальянец. А на яхту они не полезли, чтобы нигде следов своих не оставлять. Видя подавленность Алены, Влад завелся. Уже мысли о бегстве ушли на задний план, тем более Алена никуда не собирается. А вот вывести ее кураторов на чистую воду и принести в клювике все это ФСБ, чтобы обеспечить себе и ей пути отхода, будет правильно. Уже узнал фамилии исполнителей — козырь солидный. Пусть хоть она и остается в неведении.
Он знал, что звукоподводная связь — это проблема. Радиоволны плохо проницают водную среду. Подводные лодки принимают сигнал мощных береговых станций только на небольших глубинах. Используется акустическая энергия на низких частотах, и пробивает такая связь лишь пару десятков миль.
— Не было возможностей для связи? — все же уточнил он, догадываясь, что услышит в ответ.
Однако Алена его удивила:
— Нет, просто решили не связываться во время работы, хотя нас снабдили портативным ANBQC.
Такие станции подводной связи с однополосной модуляцией устанавливали на подводных кораблях НАТО, в том числе и британских. Они пробивали до ста с лишним миль. Значит, где-то поблизости барражировала подводная лодка, обеспечивая связь и безопасность.
Он выключил диктофон, когда Алена пошла в ванную причесать разлохмаченные волосы. На завтра у нее была назначена встреча с Эдвардом. Крис пока ушел на задний план, в тень. Он свою миссию выполнил. А теперь им надо добрать еще пару пловцов. Рискованно начинать такое серьезное мероприятие, как организация подрыва «Турецкого потока», не имея запасных игроков.
Прилетевшие следующим рейсом Егоров и Титова прогуливались под ручку по Фенеру. Василий настоял, хотя Инна утверждала, что такое приближение к объекту нежелательно и даже крайне противопоказано.
— Если за их квартирой ведется наблюдение, нас срисуют, а затем увидят в его дайвинг-клубе, когда мы запишемся на занятия, к тому же еще и русские… — резонно настаивала она.
Но Василий упорствовал. Его тревожило опасение, что, может, вопреки надеждам человеколюбивого и доверчивого Ермилова чертов водолаз сразу же в аэропорту Ататюрка пересел на другой рейс и летит сейчас в сторону Гаваны.
На что Егоров рассчитывал? Что Влад покажется в окошке и помашет ему ручкой?.. Но не сиделось в пустоватых апартаментах, снятых не так далеко от Фенера, где стояли два одиноких стакана на высоком барном столе, отгораживающем крохотную кухню от двуспальной кровати и небольшого диванчика, на котором, по-видимому, придется ютиться ему, уступив ложе Инке. Они там только бросили сумки и пошли бродить по городу.
Васины ноги привели их в Фенер. В Севастополе Влад довольно точно нарисовал схему улицы, где расположено их с Аленой убежище. Близко они подходить не стали, Инна первая увидела разбитое окно.
— Ни фига! — выразила она общее мнение. — Это что, она его так встретила? Табуреткой в голову, а попала в окно?
— Тогда бы осколки оказались снаружи. Валим отсюда! — Егоров схватил Инку за локоть железной рукой и увлек вниз по улице к Босфору. — Думаешь, полиция его взяла?
— Зачем полиции разбивать окно? Только если штурманули квартиру со спецназом, с помощью высотников. Оно, конечно, с таким битюгом, как этот Влад, да еще и его боевой девицей… Чего вы смеетесь, Василий Стефанович, над бедной девушкой?
— Это нервное. Представь, если его взяли, а он выложит про наше с тобой присутствие в Стамбуле?
— Чего делаем? Уносим ноги?
— Погодим с бегством. Завтра пойдем на курсы дайвинга. С Владом оговаривали сигнал провала. Тогда и будем решать. Хотя, конечно, разбитое стекло — это непредвиденные обстоятельства, как культурно выразился бы наш великий и могучий.
Инна хмыкнула, понимая, что Егоров имеет в виду не русский язык, а Ермилова.
— А я бы выразился не так культурно. — Егоров и выразился, вызвав еще больший смех у Инны.
С одной стороны, ей было страшновато. Она впервые оказалась за границей, выполняя контрразведывательную задачу вдали от Родины, где она, окончив военное училище, попав в военную контрразведку, чувствовала себя вполне в своей тарелке. С другой стороны, рядом с Егоровым ей было спокойно. Такой не унывает в напряженной ситуации, поддерживает шуткой, а если что, он и от пуль закроет. Ему бы только его верный пистоль…
Они купили у уличного торговца по огнедышащему от жара и перца кёфте экмэку с ароматным тмином, а голодный Егоров взял еще рыбный сэндвич.
— Вот видишь, у этого торговца на тележке сертификат, — наставлял он Инну. — Здесь можно покупать безбоязненно. Это меня еще один великий и могучий научил.
