— Нет, но, возможно, влюби ты в себя Маркела Ли, смогла бы его отговорить завоёвывать Конгломерат…
Я хмыкнула и покачала головой. Слишком наивно полагать, что подобное могло бы стать реальностью. Маркел Ли — не тот мужчина, что позволит женщине вить из него веревки, какой бы шикарной, хитрой и продуманной она ни была.
— Давай лучше подумаем, как мне сразить всех своей красотой этим вечером, — сменила я тему, показав, что больше не намерена обсуждать бредовые идеи.
— Как насчёт того розового платья? — поняв мой посыл, бодро уточнила Майли, с лукавой улыбкой распахивая дверь в гардеробную.
— Я в нём похожа на школьницу-переростка, — недовольно сморщила я нос.
— Тогда этот брючный костюм? — приложила подруга к себе вешалку с изумрудным нарядом.
— Это же
— Тебе не угодишь! — фыркнула подруга и глубже закопалась в ряды вешалок.
Вечером я шла за телохранителем императора, которого видела уже несколько раз, и пыталась понять, куда же мы направляемся. Столовую мы миновали, даже не замедлившись, и мне оставалось лишь гадать о том, куда заведёт нас фантазия императора.
Наконец, мы остановились перед огромной застеклённой дверью.
— Прошу, — пропустил меня вперёд сопровождающий. Аларик, кажется.
Сделав шаг, я поняла, что оказалась в саду. Дорожка была подсвечена разноцветными огнями, а впереди виднелась беседка, усыпанная цветами. Я хмыкнула и одёрнула подол довольно пышного короткого платья с открытыми плечами. Оно было иссиня-чёрного цвета и прекрасно оттеняло мою молочно-белую кожу. В отблесках фонарей, ткань таинственно мерцала и переливалась, как звёздное небо.
Маркел Ли, что-то листавший в своём коммуникаторе, встал при моём приближении и окинул меня одобрительным взглядом.
— Чудесно выглядишь, — сверкнув глазами, хрипловато сказал он, склонившись к моей руке в поцелуе.
— Вы тоже, Ваше Императорское Величество, — решила побыть я любезной, рассматривая его чёрную рубашку с расстёгнутыми верхними пуговицами и узкие чёрные брюки.
Я улыбнулась, представив, как мы выглядим со стороны — две чёрных кляксы на фоне экзотических цветов. В кои-то веки у императора будет соответствующая компания.
Мы прошли в довольно изящную круглую беседку, посреди которой был накрыт стол. Откуда-то лилась ненавязчивая музыка, внутри царил полумрак, разгоняемый лишь отблесками разноцветных свечей.
Император разлил вино по бокалам и пристально посмотрел мне в глаза.
— Итак, расскажи немного о себе, — мягко сказал он, подвинув ко мне поближе блюдо с фруктами.
Протянув руку, я взяла гроздь с крупными ягодами ариоки и, оторвав пару штук, запихнула их в рот, лихорадочно размышляя, что ему нужно рассказать, чтобы не сильно отойти от проработанной легенды.
— Ну, я — младшая дочь Старейшины Эйваго, точнее, единственная. У меня пять старших братьев. Думаю, вы понимаете, в какой атмосфере я росла, Ваше Императорское Величество? — кисло улыбнулась я.
— Называй меня Марк, мы же договаривались, — укоризненно покачал он головой и лукаво усмехнулся: — И какой же была эта атмосфера? Заботы, вседозволенности и всеобщего внимания?
— О, нет… — я фыркнула, вспоминая рассказ Аэлины и приукрашивая его подробностями из своей жизни. — Я бы сказала — бесконечных подколок, мелких испытаний и постоянных проверок на прочность. Змея в тапках, краска в шампуне, ведро с водой над дверью, клей на стуле, насекомые в тарелке… Когда мы с братьями повзрослели, и шутки стали более взрослыми. Но об этом я не очень хочу рассказывать. Просто скажу, что скучать мне было некогда. Как и тратить время на всякие девчачьи штучки. Я училась боевым искусствам, стрельбе, пилотированию и двадцати способам вывести из себя… ой, то есть, из строя, конечно же!.. противника, крупнее и сильнее меня.
Маркел Ли помрачнел и отвёл взгляд.
— Что? — удивлённо спросила я.
— Они должны были заботиться о тебе, холить и лелеять! Ты же девочка! — возмущенно сказал император, а я закатила глаза.
Знал бы он, каким на самом деле было моё детство. Каменные стены Обители, продуваемые ледяными сквозняками, от которых не спасала теплая одежда, жёсткое расписание, в которым на сон и еду отводилось слишком мало времени. И постоянные сражения. Чтобы получить какую-то вещь, нужно было драться. И побеждать, конечно же. Это касалось и вкусной еды, и книг, и каких-то привилегий…
— Не стоит меня жалеть, — улыбнулась я, усилием воли прогоняя воспоминания. — Всё это сделало меня такой, какая я есть, позволило стать сильнее. На самом деле, я даже благодарна за всё, что со мной когда-то случилось. Теперь я могу дать отпор любому. Ну… Почти любому.
Пожалуй, я ещё никогда в жизни не была так откровенна со своим заказом. Почему-то этому мужчине мне хотелось хоть немного довериться, и это мне совершенно не нравилось.
— А ты? Каким было твоё детство? — спросила я, переводя разговор на него.
