– Что это за оружие? – хрипло спросила у Мань-яла, не в силах оторваться от феранцев. Те пауками скакали по стенам, перепрыгивали через головы укагиранцев, шли по ним, подбираясь к землянам и рушианам.
– Лазеры, – почему-то сухо пояснил Мань-ял. – В ближнем бою и тем более в замкнутом пространстве слишком опасно использовать иное оружие. В этом рукоятка-блок и давлением руки можно регулировать длину и интенсивность лазерного луча. При этом для него нет преград. Видишь, как легко он режет броню противника.
– Да-а… впечатляюще… – рассеянно согласилась я, не отрываясь от экрана.
Тварей, что заняли лестницу и давили моих людей, уничтожили. Вскоре воодушевленные подмогой земляне и рушиане во главе с Глебом и Адисом ринулись вниз зачищать Площадь Советов.
Тино-фей, будто сам бог войны, грозный Марс, рубил монстров, периодически заслоняя собой Глеба. Оберегая его, заметно менее опытного бойца, к тому же хуже вооруженного. Феранец совершенно естественно и незаметно возглавил сопротивление, отдавая приказы отрывистыми, при этом даже мне понятными жестами.
От волнения я даже встала, всем телом, всей душой подаваясь ближе к экрану с диким стуком пульса в ушах. Боялась и волновалась за своих. Лишь на несколько секунд попросила Мегамозга сменить картинку, чтобы показал, где женщины и дети, где моя Улька. Они находились дальше по коридору, в специальном помещении, под охраной. И моя верная подружка, совершенно непривычно для застенчивого интроверта, уверенно и спокойно управлялась среди плачущих, испуганных женщин. Я улыбнулась, но радовалась ровно до момента возвращения на экран военных действий.
Объединившись, земляне, феранцы и рушиане успешно теснили укагиранцев к стене, в которой эти монстры сделали проход, края вон чем-то оплавлены. Вот, значит, как они проникли к нам снова. И вскоре самые слабые духом захватчики, отступая, бросились в него, спасаясь бегством. Но один здоровенный и обезумевший от крови вражина, разбежавшись буквально по телам своих же соплеменников, оттолкнулся, высоко подпрыгнул и рухнул на Тино-фея и Глеба. Я вскрикнула от ужаса и, беспомощно сжав руки в кулаки, с содроганием наблюдала, как расползаются рваные полосы на спине Тино-фея. Сквозь дыры его черной формы брызнула кровь, красная, человеческая. Но добить феранца укагиранцу не удалось, ему на спину прыгнул Глеб и по самую рукоять вогнал в шею под броню стилет. Потом снова и снова…
Через минуту ячейку землян зачистили от врагов, а стены защитного контура восстановили. У меня тряслись все конечности и поджилки, каждая клеточка тела мелко и противно вибрировала. Сегодня земляне были на грани тотального уничтожения, самого жуткого из возможных, когда мужчин и, вероятно, детей вырезали бы и сожрали, а женщин мучили дальше.
Я сглотнула горькую от желчи и страха слюну, нас чудом спасли рушиане и феранцы. По сути, именно чудом для нас, землян, они сегодня и стали.
– Мань-ял, ну неужели совсем никак нельзя обезопаситься от этих монстров? – выдохнула я с отчаянием и злостью.
Стену восстановили, но уже яснее ясного – ненадолго!
– Я говорил, ловушки – оптимальное решение. Они прекрасно держат укагиранцев на расстоянии и заранее предупреждают о любом поползновении.
– Хорошо. Наставим ловушек и побольше, – пообещала я, глядя как наши радуются победе, вскидывая вверх руки с зажатым оружием.
Я и сама улыбнулась, любуясь… Тино-феем. Он стоял в окружении десятков воинов, кому-то кивал, кому-то скупо улыбался, не из жадности, а видимо, не привык открыто проявлять эмоции. Мне нравились мужчины в форме. Нравилось наблюдать за десантниками во время их показательных тренировок. Краповые береты – вообще моя страсть, правда, лишь эстетическая, которая волнует женскую часть меня. Но даже они ни в какое сравнение не шли с Тино-феем. В бою он походил на смерч, был так прекрасен, что дух захватывало. Как можно не влюбиться в такого героя?
Вот не мог промолчать, гад. Эта меркантильная сторона будущего выбора «любимого» вмиг унесла эйфорию от нашей победы и не дала восторгаться мужской красотой. Стало грустно и горько. Еще и от внимания Мань-яла не укрылось, с какой жадностью я ловила каждое движение Тино-фея. Больно ревниво он запросил плату за спасение землян:
