— Дозорные сообщили о стае головоногов, — пробормотала я, отчаянно покраснев. — Думаю, тишайший Муэрто уже сообразил, что взрослых особей как минимум две.
— Он, наверное, сразу бросился заряжать пушки?
— Скорее всего.
— И ты собираешься вести нас на верную смерть?
— Ну ведь по мне супруг стрелять не будет. — Пленочка пузыря залепила рот, воздух кончался. — Я стану вашей заложницей и гарантией безопасности.
Огромное щупальце понеслось к моему лицу, изогнутый коготь полоснул у губ, разрывая пленку. Я оттолкнулась ногами от дна, кракен шлепнул меня, ускоряя подъем. И почти сразу же Кара обвила мою талию, вытаскивая на поверхность. Во рту было солоно, легкие горели.
— Спасибо, девочка! — проорала я, выпрыгивая из воды, как резвящийся дельфин. — Тебе дали имя, дорогая! Тебя зовут Кара — красавица. А малышей…
— Мы назовем без твоего участия, — голос кракена, раздавшийся в голове, погасил творческий азарт. — Посмотри на север, Филомена. Не твой ли супруг беснуется на палубе смешного суденышка?
Я повернула голову и узнала шапку, рог которой золотило почти закатное солнце.
— Плыви к нему, — разрешил Гипокампус, — пусть тебе помогут эти сумасшедшие дельфины.
— Вам не нужны заложники?
— Мне?
Я наконец-то обратила внимание на гулкий рокот, наполняющий пространство.
— Мне?!
На горизонте вздымалась к небесам огромная волна цунами. Она была выше гор, пугающая, неотвратимая.
— Это магия? — спросила я с испугом.
— Шмагия, — передразнил Гипокампус. — В случае опасности я спущу эту стихию на вашу безмятежную Аквадорату. И никто не сможет рассказать, что кракены не вымерли, потому что никого не останется в живых.
А если Чезаре успел дать приказ артиллерии? Я поплыла в сторону корабля.
— Помни, Филомена, слухов о вернувшихся кракенах быть не должно.
— Постараюсь.
— Еще постарайся сегодня провести ночь с супругом.
— Зачем?
— Затем, что быть замужней девственницей несколько странно. — Его хохот гулко клокотал в моей голове. — От тебя разит невинностью.
Разит ему, понимаешь. Нюх, как у вампира.
— И поскорее подари ему наследника, мужчины обожают хвастаться отпрысками. — Кракен на несколько секунд умолк, будто готовясь забавно пошутить. — Надеюсь, дож Чезаре не прикажет набить и его чучело.
— Какое веселое древнее чудовище, — сообщила я подплывшему дельфину. — Можешь проводить меня вон к тому кораблику?
— Всем закрыть глаза, — скомандовал Муэрто гвардейцам, когда я верхом на дельфине появилась в поле его зрения. — Филомена!
Он закутал меня в свой парчовый кафтан и оттащил от борта, свесившись через который, я благодарила своих помощников.
Я посмотрела в глаза цвета спокойного моря и улыбнулась:
— Волну вижу только я?
— Какую волну?
— Не важно. Как ты отдашь сигнал батарее?
— Фейерверком. — Чезаре кивнул в сторону Артуро, тот держал в руках картонный тубус.
— Стрелять нельзя. Синьор Копальди, будьте любезны передать ракету мне.
— Но, донна догаресса… — Помощник посмотрел на дожа и подчинился.
Фейерверк я бросила в воду.
— Синьоры, будьте добры оставить меня с супругом наедине.
— Все к корме, — скомандовал Чезаре и потащил меня на нос. — Рассказывай, тебя не было более пяти часов.
Притянув его за шею, я зашептала на ухо:
— Там кракен, понимаешь? Настоящий, волшебный, мифический. Тебе притащили его самку, и чудовище явилось за ней.
Мои губы касались мочки тишайшего супруга, и это ощущение странно будоражило. Его серенити дернулся, схватил за шею уже меня:
— Ты безрассудная…
Тело обмякло, прижимаясь к Чезаре. Я развернула его ухом к себе.
— Мы провели переговоры и пришли к соглашению.
Рассказ занял какое-то время. Собеседник, утомившись неудобной скрюченной позой, присел на борт, и теперь я оказалась зажатой мужскими коленями.
— То есть, — прошептал супруг, — над Аквадоратой в данный момент нависает чудовищное цунами?
Я не ответила, вопрос был риторическим.
— И что помешает кракену разрушить город?
— Осторожность. Бедствие такого масштаба, разумеется, будет замечено не только на материке и не только людьми. Гипокампус когда-то был скакуном Посейдона, но, видимо, его изгнали. Ты ведь знаешь о морском божестве?
— Разумеется, — фыркнул супруг, — только не говори об этом в присутствии монсеньора кардинала. То есть ты думаешь, кракен опасается наказания своего повелителя?
— Иначе он устроил бы Аквадорате небольшой конец света, как только обнаружил свою самку в водах нашей лагуны.
— Похоже на правду.
— Передай своему дожу, — раздалось в голове, — чтоб он перестал сомневаться, а занялся с тобой любовью.
— Синьор Гипокампус, — пробормотала я, — подслушивать неприлично.
— Скажи ему, что неприлично не трогать свою жену в плотском смысле. Или он у тебя слаб по мужской части?
— Силен! — разозлилась я. — Просто у людей это происходит несколько иначе, мы размножаемся только когда уверены, что встретили свою половинку…
— С кем беседуешь? — Холодная ладонь Чезаре потрогала мой лоб. — Со счастливым отцом? Он одаривает нас мудростью семейной жизни? Скажи ему…
— Сам скажи, он тебя слышит.
— О великий Гипокампус, — напевно начал дож, — мы приветствуем вас в безмятежной Аквадорате.
