− Я уезжаю с мужем в столицу, − озвучила я и выдохнула, глянув на своего куратора. Ей тоже была известна только та версия, что мусолили и остальные жители Васильевска. Может, когда-нибудь я и решусь рассказать ей всю правду, но только в далеком будущем, когда буду полностью уверена, что ни мне, ни моей дочери, как и мужу это не причинит вреда.
Вдоволь наговорившись, мы обнялись, обещав друг другу переписываться, и расстались с Александрой на приятной ноте. Теперь можно было возвращаться домой. Но какого же было мое удивление, когда, оказавшись на улице, перед гимназией меня встретил сам граф, еще и не один.
− А вот и наша мама, − Иван Васильевич будто почувствовал мое приближение и тут же посмотрел на меня, как только я шагнула на улицу.
Я была сильно удивлена не только тем, что граф вместе с моей дочерью пришел меня встречать, но и тем, что перед ним стояла неплохая версия современной коляски. И где он, интересно, её нашел?
− Откуда сие чудо? – не удержалась я и шагнула к ним, не сводя глаз с детского транспорта. Ведь с рождением малышки не было ни дня, чтобы я не вспоминала многие детские вещи и принадлежности, что можно было без труда купить на Земле. Но здесь про них пока и не ведали. Особенно сильно страдала без памперсов, часто вставая за ночь, чтобы поменять дочери мокрые пеленки.
− Мой друг постарался, − не вдаваясь в подробности, кратко ответил граф. – Все решила насчет учебы? – и взгляд мужчины, такой внимательный, уперся в меня.
Я сглотнула и кивнула. Иван Васильевич не прервал взгляда. Некоторое время мы стояли друг напротив друга, глядя в глаза. Я, вцепившись в ручку коляски, граф, прижимая Викторию к себе. Мы одновременно вздрогнули, когда двери гимназии с грохотом закрылись. Кто-то вышел, возвращая нас в реальный мир.
− Тогда домой? – предложил граф и положил ребенка в коляску. Дочь причмокнула и даже глаза не открыла. Спала на свежем воздухе как убитая.
Мы потихоньку тронулись в сторону дома. Иван Васильевич сам толкал коляску, что было весьма непривычно для меня. Я уже успела привыкнуть к тому, что с детьми и домашним хозяйством управляются женщины. Мужчины добывали деньги и не одобряли, когда в их дела совались жены. Как и не любили, когда их втягивали в домашние хлопоты. Сейчас же граф Орлов показывал пример того, каким на самом деле должен быть любящий муж и заботливый отец. И вместо того чтобы радоваться и принимать такое положение дел, на душе скребли кошки. Что, если граф старался только для вида? Что, если по прибытию в столицу он начнет вести себя, как и все другие мужчины?
Сомнения заполнили всю голову, что рядом с графом я шла с понурой головой. Правда, Иван Васильевич не дал предаться унынию.
− Расскажите о себе, Дарья, − попросил он меня. – Поделитесь тайнами, которые может и должен знать только супруг.
Я подняла голову и с удивлением взглянула на графа. Внутри меня зашевелился червячок сомнения. Неужели мужчина что-то подозревал по отношению ко мне? Шестое чувство или хорошая интуиция? Вот только в глазах графа заметила смешинки, что озорно выплясывали кадриль или мазурку, и выдохнула.
− В моей жизни не случалось ничего такого захватывающего, с чем я бы могла поделиться со своим мужем, − отозвалась я, спрятав улыбку.
− Так уж совсем ничего? Дарья Николаевна даже в детстве не шалила? – подначивал меня граф. – Я вот, к примеру… − договорить Ивану Васильевичу возможности не дали. К нам бесцеремонно подошла сама Дашковская.
По дороге нам встречались и другие жители Васильевска. Будто они специально вышли на прогулку, чтобы попасться нам на глаза. Кто-то даже пытался заговорить с нами, но Иван Васильевич заботливо и в то же время искусно оберегал наш покой. Он любезно отвечал на приветствия любопытных жителей и тут же придумывал отговорку, почему мы спешили и не могли с ними вести долгие разговоры. Обыватели даже не успевали раскрыть рта, чтобы озвучить свое приглашение на ужин или на чай, как граф уже вел нас вперед. За что я ему была очень благодарна. Но с баронессой Дашковской не прокатило. Все же граф нашел повод отказать женщине.
− Наталья Павловна, к сожалению, я должен вам отказать, − граф Орлов твердо стоял на своем. − Я хотел бы побыть с семьей. Сами понимаете, долгая разлука, новость о потере, переезд супруги в другой город. Я даже про дочь не был в курсе. Мы разлучились с Дарьей до того, как она узнала о своем состоянии. О том, что я стал отцом, убедился только приехав сюда. Сейчас я бы хотел побольше времени побыть с ними. В гости к вам всегда успеем.
И пока баронесса приходила в себя, граф шустро повел нас по улице дальше. Такими темпами до дома мы дошли очень быстро, но сюрпризы на этом не закончились. Возле дома Иван Васильевич тянул время.