На примере крестьянской народной Красной армии Алтайской губернии наиболее легко и наглядно проследить отдельные моменты реорганизации и установить, что дала она 62.
«Согласно постановлению командного состава армии от 7 октября 1919 г., — говорится в приказе главкома партизан от 9 октября, — вся наша армия сводится в корпус с разделением на две дивизии. Все отряды сводятся в полки» 275. По ряду признаков новая войсковая организация повстанцев-партизан напоминала структуру старой армии, что дало повод некоторым советским авторам не только писать о партизанских армиях, но также утверждать, что созданы армии эти были «на принципах строительства регулярной Красной Армии».
Утверждение необоснованное, в чем легко убедиться на следующих примерах. Красная Армия комплектовалась строго по классовому принципу в порядке мо-билизации. Повстанческие и партизанские отряды возникали в районе боевых действий, когда командир-прганизатор сам подбирал себе бойцов из добровольцев. В редких случаях проведения мобилизаций явке подлежали все, кроме активных врагов, чем подчерки -пился всенародный характер борьбы, когда от тягот войны никто не должен быть освобожден.
В Красной Армии весь без исключения командный состав назначался по приказам сверху. Комплектование cm шло в основном за счет двух источников: а) мобилизованных специалистов старой армии и б) краскомов, I. е. лиц, получивших военную подготовку в советских иоенно-учебных заведениях или на курсах. Основной костяк командного состава красных отрядов в тылу нрагов состоял из тех, кто сам создавал отряды. Господствовал принцип выборности, причем решающее значение имели не теоретическая подготовленность и не бывшие чины и звания, а проявленные данным лицом на деле организаторские и командирские способности, его популярность среди бойцов и т. д. Правом выбора, м также смещения обладали в зависимости от обстановки в одних случаях общие собрания бойцов отрядов н т. д., а в других — съезды представителей повстанцев-нартизан, выборные штабы.
Комиссары имелись в красных отрядах в тылу Колчака лишь в виде исключения, и сплошь да рядом они не были членами РКП (б), что объясняется в основном малочисленностью подпольных большевистских партийных организаций и многими другими условиями обстановки.
Такими же редкими исключениями были в повстанческих и партизанских отрядах партийные организации большевиков н органы для ведения политической агитационно-пропагандистской работы. Не было в красных отрядах, как правило, и таких важнейших органов, как военные трибуналы, особые отделы, несущие наравне с институтом комиссаров и политическими отделами ответственность за поддержание высоких боевых качеств полков и соединений Красной Армии.
Таким образом, если говорить только об отмеченных выше основных «китах», на которых зиждилось строи-н'льство Красной Армии, то приходится констатировать,
'I го ничего похожего в деле создания красных отрядов в тылу врагов не было. Все это не могло не сказаться на морально-политическом состоянии, а следовательно, и на боеспособности частей красных.
К сказанному следует добавить, что и в отношении структуры повстанческие и партизанские войска ничем не напоминали (кроме одних названий) войска Красной Армии. Основной оперативно-тактической единицей так и остался до конца отряд. Штабы имелись лишь в виде зачатков оперативных ячеек, игравших к тому же фактически роль канцелярий при командирах-единоначаль-никах.
Все отмеченные недостатки в деле создания повстанческих и партизанских отрядов были обусловлены труднейшими условиями борьбы, и прежде всего отсутствием на месте опытных людей, отсутствием помощи со стороны руководства Красной Армии путем посылки опытных красных командиров, политработников, уставов, положений и т.' д.
Все эти вопросы истории повстанческого и партизанского движения в тылу Колчака требуют специального исследования, но и приведенных примеров более чем достаточно, чтобы убедиться в необоснованности упомянутых выше попыток утверждать, что красные партизанские «армии» — это такие же регулярные красные армии, но только по ту сторону фронта.
В составе войск Е. Мамонтова было большое число конных. Из них приказано было создать кавалерийские полки численностью не более 1 тыс. человек каждый, с разбивкой на эскадроны-сотни по 100 человек. По существу, речь идет о той же пехоте, посаженной на лошадей, так как из-за громадного недостатка холодного оружия, седел и недостаточной кавалерийской выучки партизанская кавалерия не выполняла кавалерийских задач, кроме разведки.
Основная масса бойцов не могла быть снабжена современным огнестрельным оружием, не хватало даже охотничьих ружей, дробовиков и т. д. В силу этого одним из важных (по его удельному весу) видов «оружия» были изготовлявшиеся деревенскими кузнецами самодельные пики. Нет, конечно, надобности доказывать, что «пикари» (как их тогда называли) в столкновениях с хорошо вооруженными регулярными войсками противника не могли играть видной роли, как бы самоотверженно и храбро они ни дрались.
