«Подвиги, наставления и писания молдавского старца Паисия, — говорит оптинский издатель его жития, — имели великое влияние на российские монастыри, пример жизни и свет учения его пролился обильно на российское монашество. Ибо многие из россиян, ищущих спасения и отрекшихся мира и яже в мире, странствуя в Палестине, Афонской Горе и Молдовлахии и собирая, подобно пчелам с цветов, мед спасительного учения от обитавших в тамошних местах подвижников, находили особенно в обители старца Паисия величайшую духовную пользу, научаясь примером его высокой жизни и медоточивыми наставлениями подвигам монашеским и внутреннему деланию умной молитвы. По возвращении в Россию они передавали приобретенное ими там духовное сокровище и другим ищущим спасения, некоторые начальствуя над обителями, а другие находясь в числе братства»75.
Протоиерей о. Сергий Четвериков в жизнеописании своем старца Паисия Величковского76 разделяет сферу проникновения и распространения его учения на три округа: 1) северный, 2) центральный и 3) южный. В северном он отмечает следующие центры: Соловки, Валаам и Александро-Невскую Лавру, которая, собственно, и была главнейшим средоточием всего. В Соловках насадителем Паисиевых преданий был иеросхимонах Феофан77. По смерти киевского старца Досифея Феофан переселился на Соловки, куда и перенес заветы старца Паисия. На Валааме и в Александро-Свирском монастыре трудились ученики старца Паисия — схимонах Феодор и иеросхимонах Клеопа78. От них учение перешло в Оптину Пустынь через старца Леонида. Но вся душа северного движения сосредоточена была в Петербурге. Оттуда исходит назначение настоятелей-возобновителей. Так, например, на Валаам выписан из Сарова игумен Назарий и из иных мест и другие настоятели. В руках митрополита Гавриила соединились все нити, и он дает нужный толчок и направление. У него же в Лавре первоначально появляется Филарет (впоследствии Новоспасского монастыря старец), который в дальнейшем руководил братьями Путиловыми, из которых схиархимандрит Моисей был великим Оптинским настоятелем. Тот же Филарет руководит в Москве четой Киреевских — сотрудников старца Макария Оптинского по изданию святоотеческой литературы. Наконец, в Александро-Невской Лавре пребывает о. Афанасий (из сенатских секретарей), принесший митрополиту Гавриилу «Добротолюбие» от старца Паисия.
Теперь бегло рассмотрим центральный округ: главные пункты его — Москва, Владимирская и Калужская епархии и Брянский монастырь Орловской епархии, Рославльские леса. Наиболее выдающейся здесь личностью является о. Клеопа, настоятель Введенской пустыни Владимирской епархии. Этот о. Клеопа жил долгое время со старцем Паисием, сначала на Афоне, затем в Драгомирнском монастыре и, может быть, в Секуле, и вышел в Россию еще до 1778 года. Мы приведем ниже о нем подлинный рассказ его ученика — архимандрита Феофана Новоезерского, входящий в автобиографию последнего. Учениками о. Клеопы были: упомянутый архимандрит Феофан, друг его архимандрит Игнатий, полагавший с ним начало в Санаксарской обители. Архимандрит Игнатий был после о. Клеопы строителем Введенской пустыни, позднее Пешношской, и в 1788 г. он возобновляет Тихвинский монастырь в Новгородской епархии. Кончает жизнь он свою в 1796 г. в Симоновом монастыре, будучи также его возобновителем. Другой ученик старца Клеопы — Макарий Пешношский (заместитель Игнатия после его перевода в Тихвин). Его монастырь был рассадником, откуда было взято 24 настоятеля в разные монастыри, и, между прочим, оттуда взят был Авраамий — воссоздатель Оптиной Пустыни. Макарий Пешношский был в духовной переписке со старцем Паисием. Другим важным пунктом, откуда развилось Паисиево движение, была Москва и в ней Симонов и Новоспасский монастыри. В первом подвизался ученик Паисия монах Павел, пострадавший от французов в 1812 г., и другой ученик Паисия — Арсений. Настоятелем был, как мы упоминали, архимандрит Игнатий, ученик старца Клеопы. В Новоспасском монастыре жили иеромонахи Филарет и Александр — ученики Паисиева ученика Афанасия (Захарова), бывшего ротмистра гусарского полка (не надо смешивать с другим о. Афанасием, принесшим «Добротолюбие»),
