Между тёмъ новый скитоначальникъ твердой и властной рукой возстановилъ порядокъ въ скиту: онъ внесъ въ его казну 60 тысячъ рублей личнаго своего капитала, уплатилъ долги, ремонтировалъ скитъ, обновилъ ризницу, устроилъ библютеку. Твердымъ своимъ прямолинейнымъ характеромъ, не допускавшимъ ни малѣйшей уступки духу времени, онъ со строгостью умѣлъ соединить и нѣжно–любовное отношеше къ скитской братти, былъ полонъ о нихъ заботъ. Онъ не сгЬснялся смирять, когда это требовалось. Но къ кающимся о. Варсонофш былъ милостивъ и говорилъ, что тѣхъ, кто не хочетъ спасаться по доброй волѣ, тЬхъ надо спасать силой и силу эту применять умѣлъ. И мнопе изъ числа братш, не говоря о тѣхъ, которые поступили уже во время его управлешя, были всец'Ьло подъ его влiяшемъ, испытавъ на себ'Ь всю пользу отъ его мудраго, благодатнаго руководства. Въ Шамордино куда поступали его духовыыя дочки, имъ приходилось смиряться передъ iосифовскими «дочками», которыя имѣли надъ ними старшинство.
Особенно много занимался о. Варсонофш съ интеллигентной молодежью, посещавшей Оптину Пустынь, и былъ единственнымъ старцемъ оптинскаго скитскаго братства. До сихъ поръ дѣло ограничивалось только натянутыми отношешями между Варсонофiевскими и iосифовскими учениками и ученицами. У коренныхъ оптинцевъ все же царилъ въ концѣ концовъ духъ смирешя, да и влiяше оптинскихъ духовниковъ о. о. Анатолiя (Потапова), Феодоая и Нектарiя, употреблявшихъ всЬ силы для поддержашя мира, дѣлало свое дЬло. Напримѣръ, когда о. Варсонофiй опасно заболѣлъ и послалъ къ о. iосифу просить благословешя на принятае схимы, въ этотъ моментъ въ келлш о. iосифа оказался его духовникъ о. Нектарш, который и настоялъ на томъ, чтобы это благословеше было дано.
Много было у о. Варсонофiя непрiятностей после кончины о. iосифа. Разныя лица предъявляли свои претензш, кто относительно своихъ процентныхъ бумагъ, кто — вещей, якобы оставленныхъ на хранеше у о. iосифа и т. п. Были и личныя обиды на о. Варсонофiя. Напр, въ скиту скончался о.
Даншлъ (Болотовъ), родной брать Шамординской игумеши Софш (Шамординсия сестры звали его «Дядюшкой»). Онъ много потрудился въ деле христаанской проповеди среди интеллигенцш. Съ целью проповеди его часто отпускали изъ монастыря въ мiръ. Передъ смертью онъ хотелъ принять схиму. Но о. Варсонофш указалъ ему несовместимость его апостольскаго подвига съ обетами схимы, требующими полнаго отречешя отъ мiра. Онъ спросилъ его согласенъ ли онъ отказаться отъ своей апостольской проповеди въ случае выздоровлешя. Подумавъ, о. Дашилъ отказался отъ схимы и такъ скончался простымъ iеромонахомъ. Родственники его не могли простить этого о. Варсонофпо.
Между темъ подземная работа врага рода человеческаго не ослабевала. Имъ подготовлялась катастрофа. Съ целью добиться упразднешя старчества и закрытая скита, новые монахи являлись изъ упадочнаго предъ–револющоннаго мiра. Имъ дела не было ни до о. Варсонофiя, ни до о.
iосифа. Имъ нужно было свергнуть существующую власть и захватить въ свои руки начальственныя должности.
Такими людьми оказались iеромонахъ Патрикш и монахъ Георгш. Они затеяли бунтъ, вещь доселе неслыханную въ Оптиной Пустыни. Конечно, это была лишь небольшая горсточка братай. (Въ Оптиной Пустыни до войны было 300 человекъ братай). Настоятель архимандритъ Ксенофонтъ, строгш монахъ, но несколько слабый въ управлеши, послалъ за скитоначальникомъ о. Варсонофiемъ, который сразу усмирилъ бунтъ, умиротворилъ братаю и настоялъ на удалеши изъ обители зачинщиковъ бунта. Последше не сложили оружтя и подали жалобу въ Сунодъ и одновременно доносъ на о. Ксенофонта, будто онъ неправильно ведетъ лесное хозяйство. Ихъ жалоба и доносъ нашли въ СунодЬ благопрiятную почву. Уже давно находились люди недовольные о. Варсонофiемъ пока некая Марiя Михайловна Булгакъ, рожденная Бартенева, начальница Гродненской гимназш и крайне–правая политическая деятельница не произвела того взрыва, который былъ причиной отъезда о. Варсонофiя изъ Оптиной Пустыни.
