— Если вы так желаете, чтобы я командовал вами, то слушайте первый приказ, — сказал он. — Голосуйте.
— Хорошо, мы будем голосовать! — отозвался один из магистров — без шлема, в богатой бело-красной броне.
— Владыка Фоллордарк, магистр ордена Ангелов Превосходных, Меч Пустоты, мастер Утреха, — объявил череп-герольд.
— И я поклянусь подчиняться твоим приказам, если мои братья по оружию проголосуют «за»! — выкрикнул Фоллордарк. Его безумные глаза налились кровью. Слюна слетала с губ. Он поднял руки и повернулся, чтобы все могли его видеть. — Но, — добавил он, понижая голос, — если голоса окажутся против тебя, Владыка Воинств, я буду командовать моими воинами так, как выберу сам. А именно — последую за тобой!
Данте наклонил голову, соглашаясь:
— Все, о чем я прошу, — это ваши голоса. Все пройдет быстро и просто. Когда мой Мастер Церемоний попросит сделать выбор, встаньте, если вы доверяете мне командование обороной и дальнейшими действиями против Левиафана. Оставайтесь на местах, если желаете действовать независимо. Подчиниться принятому решению придется всем, невзирая на предпочтения.
Воины принялись переговариваться, обсуждая «за» Или «против». Взбудораженные жесты поднимали в зале легкие порывы ветра, которые колебали пламя, освещавшее собрание.
Данте кивнул Мастеру Церемоний. Старик направил свою машину к центру стола; вдоль его спины шли толстые провода в металлической оплетке, соединяющие мозг с двигательной системой и отсвечивающие оранжево-золотым.
— Господа мои! — произнес он несоразмерно прекрасным голосом. — Мы просим вас хранить молчание! Сейчас мы проголосуем по первому из вопросов, который стоит перед Великим Красным Советом Ангельского Воинства.
Разговоры неохотно стихли. Воины, которые успели вскочить, уселись снова, чтобы не сбивать подсчет результатов.
— Голосуйте! — призвал Мастер Церемоний.
Зал задрожал — сотни бронированных гигантов разом поднялись на ноги. Гул сочленений брони, взвывших в унисон, заполнил пространство, словно механический дракон пошевелился в логове.
Сервочерепа скользили над безмолвным собранием. С потолка опустился кибернетический ангел на железных подпорках. Он расправил бесполезные металлические крылья, и на его бездушном лице зажегся яростный красный свет. Тонкий луч лазера двигался вверх и вниз, сканируя голосующих космодесантников, пока механизм медленно поворачивался по кругу. Лишь группка воинов упрямо остались сидеть, и всего двое среди них оказались магистрами орденов. Репутация командора Данте сподвигла большинство собравшихся последовать за ним. Во многих его вопрос вызвал удивление и раздражение. Капитаны, оставшиеся сидеть, сделали это принципиально, из почтения к Кодексу Астартес, установившему, что ни один владыка, каким бы великим он ни был, не может командовать больше чем тысячей космодесантников. Только двое из них имели о себе высокое мнение, позволяющее считать, будто смогут справиться лучше, чем магистр Кровавых Ангелов.
Железный ангел завершил подсчет. Металлические глаза со щелчком захлопнулись, крылья сложились.
Мастер Церемоний тоже закрыл глаза, принимая информационный импульс от машинерии Аркс Ангеликум.
— За то, чтобы командор Данте возглавил оборону Баала — четыреста семьдесят шесть голосов. Против — двадцать четыре.
Оглушительные крики и аплодисменты прокатились по залу.
Данте встал и выкрикнул поверх шума:
— Значит, решено. Я поведу вас, как своих воинов, пока этот конфликт не окончен и Баал не спасен! До той поры я буду относиться к вам с той же честью и уважением, какими пользуются мои воины, и назначу такие же наказания тем, кто воспротивится моей воле. Любой, кто не согласен, может уйти. Это ваш последний шанс. Покиньте нас без обиды, оставаясь по-прежнему нашими братьями.
Аплодисменты затихли. Сияющие глаза Данте повернулись к последним воинам, которые остались сидеть. Никто из них не шевельнулся.
— Хорошо же. — Данте коротко кивнул. — Тогда — к войне.
— Да будет так! — выкрикнул капитан Кровопийц.
— Данте! Данте! Данте! — снова поднялся крик.
Снова древнее сердце Аркс Ангеликум задрожало от звуков имени своего магистра.
— Довольно! — скомандовал Данте, и все замолчали. — Теперь нам пора заняться насущными делами — Уничтожением флота-улья Левиафан.
