— Ах, ты, гад! Вернись! — Горро был зол на этого… на этого… гада!
Он украл его рыбу, и не важно, как этот мерзавец это сделал. Паскудный паскуда украл его рыбу!
— Ну ничего, — думал он, — Я тебя ещё поймаю.
Ему с трудом удавалось сосредоточиться в течении всего оставшегося дня. Да, он помог отцу в огороде, матери на кухне, сестре с кормёжкой животных. Но его мысли не покидал этот гадкий воришка.
«Я его поймаю. Обязательно!»
И Горро улыбнулся от своей гениальной идеи. Да! Вот, что он хочет. Поймать его! Наказать! Да! Он устроит на него охоту. Снова пойдет рыбачить. И в этот раз он подготовиться. И поймает его. Только после этих мыслей Горро смог немного успокоится. Но это длилось недолго. Теперь его взяло волнение, предстоявшей охоты, он хотел побыстрее осуществить свой план. И какой план? Надо все обдумать. Завтра утром необходимо помочь матери, сходить с ней к кузнецу, отнести папины инструменты и забрать старые. А вот послезавтра, он точно снова пойдет на речку и будет ждать. Эти мысли вынуждали к действиям, но невозможность сделать это здесь и сейчас раздражали мальчика.
— Что-то тебя беспокоит, мой маленький Гор? — голос матери сразу привел его в чувство и успокоил. Он невольно улыбнулся. Отец хоть и был главой семьи, решал все возникающие задачи, занимался тяжелым хозяйством, но мама была душой их семьи. Их теплом. Их камином в зимнюю холодную ночь. Папа редко готовил, но порой повторял блюда из книги рецептов. Большой фолиант достался от бабушки, а бабушке от своей бабушке. С каждой хозяйкой рецепты и страницы добавлялись и обновлялись.
Папа любил делать напитки из всяких трав и листьев. И часто варил для всех. И получалось довольно хорошо. Даже, порой, и сложные блюда. Но стоило взяться за готовку этих же самих трав и даже простых блюд маме, то этот напиток сразу получался безупречным, а еда самой вкусной. Даже если отец повторял все за мамой точь-в-точь, у мамы все равно получилось вкуснее.
— Нет, мам, все отлично, — улыбнулся мальчик, вспомнив сурового отца. Папа никогда не жаловался. Особенно при детях. И мальчик тоже должен вести себя как отец. Должен быть сильным. Нечего маме переживать за его проблемы. Он справлюсь сам. Папа всегда говорил, что мужчина силен настолько, насколько проблем он способен выдержать и решить один. И Горро справится.
— Ну, пойдем, сынок, на рынок. Возьми папины вещи, я подготовила вот этот маленький ящик. И надень куртку, прохладно на улице.
— Хорошо, мам.
— Мама? А что значит моё имя? ?Молли замерла на мгновения, вспомнив предсказание своей матери. Отбросив мысли она показала на растение:
— Вот это растение, называется «мёртвый цветок». Но моя мама его называла Гар’ро. Так его называли в Эригане. И мне понравилось это имя. Горро. Очень сильное имя.
— А почему «мёртвый»? —удивлено спросил сын.
— Когда дует сильный ветер, они издают своеобразный звук. Пение своего рода. Моя мама назвала это «Песней Мёртвых Цветов». Из-за их формы. Похож на хор.
Сказать, что Горро был удивлен, будет лишь долей того ощущения, что он испытал на самом деле. Мальчик связывал своё имя со многим, даже самым невероятным. Но точно не с «мертвым цветком».
— А оно полезное? Сильное?
— Очень. Оно несколько раз показывала свое упорство. Я её бывало не поливала более полугода. Но этому растению все ни по чем. Выживет в любых условиях. Настойчивый прям как ты! — улыбнулась Молли, стараясь не показать горечь воспоминаний.
Идти до рынка пришлось примерно полчаса. Руки мальчика очень устали, но нельзя показывать это маме. Папа никогда не жалуется и не показывает слабости.
«Я сильный!»— повторял он себе.
Горро держался почти до самого центра деревни, но посидеть, отдохнуть хотя бы пять минуточек казалось притягательным как никогда. Чтобы хоть как-то дать рукам отдохнуть, он перекидывал из одной руки в другую. Мама, наверняка, это замечала, но не говорила ни слова. Она уважала воспитание, которое давал отец, поэтому не останавливалась и тем более, не предлагала свою помощь. Да собственно и не было смысла, Горро слишком гордый и упёртый как отец.
«Когда-нибудь он скажет нам спасибо. А если и не скажет, то хотя бы не пропадёт в этом суровом мире» — часто говорил Говр.
Дом кузнеца Барога был, наверное, самым маленьким во всей деревне. Но зато сама кузница была как ещё два дома. К нему часто приезжали знатные люди даже из ближайших городов. Кузнец был невысокого роста, с лысиной на макушке, волосатыми и большими руками. У него нет и не было ни жены, ни ребёнка. От него часто пахло потом, углем и луком.
Человек он был молчаливый. Когда зашла Молли, кузнец кивнул маме и забрал ящик из рук мальчика. Открыл, быстро осмотрел и закрыл. На вопросительный взгляд кузнеца мама дала такой же короткий ответ:
— Наточить и почистить.
— Два дня. — сказал лишь Барог.
